Соляное сердце

Тут уже не выдержал воевода княжеской дружины, дернул на себя поводья и подъехал ко мне, недобро глядя:

— Враг близко, княжна. Не можем мы останавливаться, — пробасил бородатый мужчина, силищей своей, превосходящий самого Василе.

— Не я это, воевода. Конь мой сопротивляется, — виновато ответила на его слова, но по глазам поняла, что не верит. Хоть коней и считали умнее собаки, но в то, что Уголек у меня особенно умный, никто не верил.

— Мне велено вас доставить в безопасное место живой и невредимой.

Ежели коня не усмирите, то поедете со мной, а животину вашу бросим здесь.

Я тяжело вздохнула и натянула поводья, помыкая Уголька к движению, но упрямец стоял как вкопанный и не собирался никуда скакать. И что же делать? Воевода меня скрутит, да силой утащит, хоть обревись на плече у мужчины. Что ему мои проклятья, когда сам Дракул ему будет демоном мщения, если случится со мной что. Но куда я без своего друга?!

— Княжна? — терял терпение воин.

Я отпустила поводья и стала медленно слезать с коня, но как только носок моего сапожка коснулся земли, перед глазами расцвели алые цветы, запестрели, рассыпались лепестками и открыли мне картину страшную.

И тут из леса выпрыгнули преследователи — воины песков, Ордынские кошки. Обнажили сабли, да и кинулись на валашских войников. Воевода закрыл нас собой и сразу принял бой, но я схватила сестру за руку и проговорила:

— Уходить нам надо, Иринь. Убьют нас здесь. И Василе с Больдо убьют.

— Ты что такое говоришь, накличешь беду, неразумная!

— Видела я, — понизив голос, ответила сестре.

— А успеем к князю — спасем их.

Иринь сжала другой рукой поводья. Думать было некогда, ордынцы вот-вот могли прорвать оборону валашцев.

— Веди нас, Лиль. Доверюсь твоему дару, — кивнула сестра и забралась на своего коня. Я тоже быстро вернулась на Уголька, сосредоточилась на извилистой тропинке, что должна была вывести нас к князю, и пустила коня вперед. Сам водчий дорог Велес благоволил нам, освобождая лазейку для побега.

Так мы и скрылись в чащобе, но коней гнали вперед до тех пор, пока не выскочили на поляну. Ту самую, что увидела я в своем видении. Не было на ней еще кровавой земли, а тела мертвые принадлежали лишь ордынцам.

Появление девушек не осталось незамеченным, и Василе воспользовался замешательством, убивая последнего вражеского воина.

— Успели? — спросила Иринь.

— Еще не все, сестрица, — чужим голосом ответила я и быстро соскочила с Уголька.