Девять жизней

Одно ясно — среди вас или вор, позволивший изменнику заминировать башню, или прямой изменник. Все ответят: кто за халатность, кто за измену.

Едва подрядчики услышали спокойное обвинение, высказанное негромким, но уверенным голосом, земля поплыла под их ногами. Бесстрастное лицо инквизитора перепугало их больше, чем будь оно гневным. В глазах молодого следователя увидели они свою смерть. Новый взрыв клятв, оправданий, мольбы дон Себастьян быстро остановил:

— Говорить всем по очереди. Менго, — он повернул голову к писарю, — запиши с их слов фамилии поставщиков и виды поставок, затем секретарь вызовет счетоводов и сверит.

Писарь поспешно кивнул и склонился к бумагам.

***

Продовольствие. Запаса для гарнизона хватит едва ли на месяц. Людей из предместья и с купеческих кораблей городу вовсе нечем кормить. Денег у людей мало, а цены на рынке уже поднялись. Есть частные склады богатых торговцев. Сколько и что там? Городской казначей имел сведения, но примерные. Найденный порох — повод для обыска на складах.

Хирурги, лекарства. Разумней всего устроить госпиталь в монастыре святой Клары, а беглецов из предместья расквартировать в городе, договорившись с дворянами.

Дон Себастьян вернулся в гарнизон и рассказал о срочных делах дону Альфонсо.

У законного коменданта тоже были для него новости.

— Дон Себастьян, я навестил дядю. Вы арестовали его под странным предлогом!

— Да, арестовал. Выискивая измену, порой приходится действовать наугад.

— Что ж, я тоже арестовал несколько человек из должностных лиц и офицеров, чьи семьи покинули город перед осадой.

«Ничего себе! Ну и болван! — еле сдержался сеньор де Суэда. — Нелепая ситуация, хотя я сам стал причиной», вслух же промолвил:

— Назовите их имена и где их разместили.

— На гауптвахте! — кажется, молодой человек был собой очень доволен.

По дороге на гауптвахту инквизитору пришлось ещё раз закусить губу, чтоб не выругаться: он услышал имя молодого капитана, который казался ему довольно толковым, с которым хотел поговорить и присмотреться к нему — Фернандо Энрикес.

Арестованные возмущались, но дон Себастьян их не стал слушать.

— Сеньоры, не отрицаю, что основания для подозрений сомнительны, но измена в осаждённом городе слишком опасна. Прошу отнестись с пониманием. Надеюсь, в ближайшее время я получу новые сведения, а пока арестован даже герцог Медина.

— Вам был нужен предлог арестовать герцога? — присвистнул дон Фернандо Энрикес.