Наследники Шамаша 1. Тени и пыль

Ишмерай разбудили чьи-то крики, доносившиеся с первого этажа и гулким эхом отскакивавшие от стен. За окном трепетала ярко-красная заря, окрашивая стены тихой спальни в кровавый багрянец. А крики приближались.

Бушевал герцог Атийский.

Поначалу Ишмерай до смерти перепугалась, ибо ещё никогда не слышала, чтобы герцог ругался так сильно. «Это из-за меня, что ли?... – в ужасе подумала она. – Вот бы никому не досталось так, как сейчас достанется мне!»

– А кто виноват?! – кричал Гаральд Алистер, приближаясь.

– Я запретил ей соваться в этот лес! Она неугомонна и глупа, но я всю жизнь полагал, что принц и Акил чуточку её благоразумнее! Нет же, они берут её и Сагрию с собой и, мало того, оказываются не в состоянии уберечь их! Ты видела во дворе это чудовище! И мы с тобой, Акме, знаем, что не очень-то оно похоже на вепря. Это оно разорвало семью Готтардов на западе Ариля, я уверен!

Ишмерай не сообразила ничего лучше, как притвориться спящей, и состроила во сне страдальческую физиономию.

– Умоляю, только не буди её! – услышала она твердый голос матери. – С такой раной она должна отсыпаться и набираться сил ещё несколько дней!

Герцог осторожно вошёл в спальню дочери и, тихо приблизившись к её кровати, тихонько отодвинул лёгкий полог.

– Какая бледная… – с болью проговорил отец.

– Графы хвалили её смелость… – горько прошептала Акме.

– Графы хвалили её пустоголовость и тупость, – рыкнул герцог. – Они должны были вернуть её и Сагрию домой сразу, как увидели, ещё до начала охоты.

Выходит, мозгов у них не больше, чем у принца и Акила.

– Я думала, она умирает, когда они привезли её, – выдохнула Акме, всхлипнув. – Голова пробита, вся в крови, одежда в крови, камзол графа Сагдиарда в крови – в её крови. А она бледная, слабая и ещё пытается меня успокоить. Хвала Господу, Лорен был здесь…

– Граф Сагдиард сказал мне, что вепрь остановился перед ней, – тихо произнес Гаральд. – Будь то обычный зверь, он бы не медлил.

– Полагаешь, он почувствовал…

– Я не знаю, что он почувствовал! – приглушенно огрызнулся Гаральд Алистер. – Моя дочь едва не погибла сегодня. Мне этого достаточно! Акил и Марк напоили Марцелла, да ещё добавили ему в вино снотворных трав. Да как они только посмели? Не будь Марк принцем, я бы устроил ему показательную порку на площади Эридана и в два счёта выставил его вон.

– Марк искренне раскаивается. И желает поговорить с тобой.