Заноза для ректора-дракона

И когда он успел надушиться духами? Чудно как-то…

— Ага… ну и дела.

— Гм-м-мммм-мм-м-мм, — мычу я в ответ, пытаясь понять, что он там делает.

— Вот те на…

Мужчина отстраняет от моего лба палец и отходит на пару шагов назад. Он складывает руки на груди и поджимает губы в плотную ниточку.

— Гмм-мм-ммм?

— Я не думал, что дела так плохи… Что ж…

Дитрих разворачивается ко мне, и я вижу в его фиолетовых глазах удивление и беспокойство.

— Я сейчас сниму заклинание на твой голос, а ты клянешься, что не будешь кричать.

Поняла?

Одобрительно киваю головой. Дитрих вначале пододвигает стул взмахом руки, а потом, усевшись на него практически вплотную, снимает заклинание с моего голоса.

— Итак, — он склоняется ко мне ближе, да так, что я могу разглядеть его кожу и длиннющие ресницы. — Давай начнем все с начала. Как ты сюда попала?

— А вы меня выпустите?

— Обещаю, как только мы с этим разберемся.

Я закусываю губу. Верить ему или нет? Вот же дилемма…

— Как с чем разберемся?

— Меньше вопросов, Юная Леди! — мягко сообщает Дитрих и ерзает на стуле.

— Как ты сюда попала?

— Как-как? — возмущенно заявляю ему. — У меня был день рождения!

— Где?

— В Центре Москвы.

Дитрих замирает в изумлении.

— Подожди, в центре Москвы? Мира людей?

— А мы что, в мире рептилий? — вздернув одну бровь, буравлю Дитриха недовольным взглядом. Ну просто издевается надо мной!

Дитрих сглатывает слюну так громко, что я это замечаю. Да что ему все не нравятся мои вопросы?

— Ладно, не суть. Хорошо. Был у тебя день рождения в мире людей…

— Я поссорилась со своим парнем.

Точнее он меня бросил. Ну и вышла на эмоциях куда глаза глядят. Потом столкнулась с каким-то мужиком и вот я здесь!

— Очень интересно, — омут фиолетовых глаз дурманил рассудок. Чем дольше я смотрела в них, тем сильнее ощущала жар на своих щеках. — Я бы не поверил, если бы сам не заглянул в твою память…

— Вы что, все мои сториз просматривали? Вы следили за мной?

Дитрих напрягся, словно я сказала что-то странное для него. Ну, если он так одевается, то вполне вероятно, что для него это странно.

И скорее всего, он даже не знает, что такое телевизор, потому что я не вижу никакой техники в его комнате или, где сейчас я нахожусь…

— Дела у нас плохи…

— Какие еще дела? Я хочу домой! — склоняюсь к нему ближе. — Понимаете? ДОМОЙ!

Дитрих еще раз щелкает пальцами, и я вновь не могу ничего говорить. Прекрасно! Конечно, легче всего затыкать мне рот какой-то чертовщиной, нежели, решить ситуацию.