Маджериум. Инициация тьмой

Я подскочила с постели и шустро принялась собираться. Мне просто не терпелось попасть на занятие! Вот бы можно было ускорить время!

Когда перетягивала грудь лентой, в руке вдруг болезненно кольнуло. Я не поверила и недоуменно покрутила кистью. И вновь в запястье отчетливо кольнуло, напоминая о вчерашней неприятности во время зачета.

Я была настолько поглощена своим успехом, что совершенно забыла провериться у целителей. Да и боль в руке не напоминала о себе вплоть до этого момента.

Я внимательно осмотрела кисть - кажется, запястье немного припухло.

Вот бездна! Надеюсь эта досадная неприятность не помешает мне сегодня!

Во время завтрака старалась как можно меньше напрягать руку, управляясь здоровой кистью. Без нагрузки боль не давала о себе знать, и казалось, что все совершенно нормально. Но обманываться было глупо, во время полета мне придется напрячься, да еще как! Спасало лишь то, что первый полет у новичков проходит с пристегнутыми ремнями, а значит, вывалиться из седла мне не грозит, даже если буду держаться одной рукой.

Да и в конце концов, ради такого случая можно немного потерпеть. А после занятия сразу схожу к целителям.

Придя к соглашению с самой собой, решила делать вид, что все в порядке и меня ничего не беспокоит. Да и вскоре все мои мысли переключились на другое.

Стоило оказаться на тренировочном полигоне, как меня захватил восторг и радостное предвкушение. Старшекурсники вывели из загона двух фурий. И я в который раз поразилась грации и сдержанной красоте этих животных.

Погода сегодня выдалась теплая и ясная. Раскрашенная осенними красками листва горела на солнце. А матовая чешуя полночников мягко переливалась в его лучах.

Не терпелось подойти ближе, коснуться нагретой черной шкуры. А потом с размаху запрыгнуть в седло, обнять руками тонкую гибкую шею, прильнуть к гладкой спине. Увы, но в списке полетов мое имя было отнюдь не первым. Хотя и не последним - спасибо блестяще сданному зачету!

Как и ожидалась, право первым совершить круг почета над полигоном досталось Сайрусу Совейгу.

Его инструктировал сам капитан Байрон. И когда Совейг поднялся в небо, наставник поднялся следом. Направил свою фурию чуть выше, сверху контролируя все действия и команды своего подопечного. От меня не скрылось волнение, отразившееся на лице парня, когда он впервые садился в седло, когда давал короткую четкую команду на взлет. Подумалось, уж если уверенный в себе Совейг нервничает, что обо мне говорить.