Превратности судьбы

За такой работой его и застал Кадар.

- Ты все-таки не сдох. Живучий как крыса! - приговаривал он, медленно обходя раба.

Плетью поднял ему рубашку. Кошка из лекарской, постоянно ходившая за Эвианом, выгнула спину и зашипела, но клерк, не обращая на животное внимания, продолжил:

- Отощал, соплёй перешибить можно. Что молчишь?

- Не годится рабу свободного перебивать, - ответил пленник.

- Верно, - Кадар осклабился. - Смотрю, порка тебе на пользу пошла.

- Ты куда запропастился? – воскликнула, входя, Урсула. - Я тебе что велела? Дров принести, одна нога там – другая тут.

Эвиан дёрнулся выполнять её поручение, но клерк придержал его рукоятью плети.

- Ты чего его держишь? - напустилась на клерка Урсула. - Пока он у меня находится, тут командую я.

Кадар усмехнулся и опустил плеть.

- Ничего, скоро тебе обратно. Иди.

Через несколько дней Эвиану принесли старую теплую одежду, поношенные, но крепкие башмаки, и приказали отправляться обратно на конюшню.

Весной обитатели замка были взбудоражены известием, что приедет один из сыновей графа Лисса, просить руки юной баронессы.

- Если я откажу? Я никогда не видела этого человека, как я пойму, какой он? - в сотый, если не в тысячный раз спрашивала Горлина брата.

- Ты в праве не объяснять отказа. Таким как ты, поцелованным Солнцем, разрешено выбирать супругов самим. И никто их не может заставить, даже король.

- Я это знаю, и каждый день благодарю за это. Мне не придется как Стасии жить со стариком. Но мне тревожно...

- Что тебя тревожит? – улыбнулся брат.

- Граф Лисс – правая рука герцога Остергама, не воспримет ли он отказ своему вассалу как личную обиду?

Девушка с беспокойством смотрела на брата.

- Остергам озабочен тем, чтоб сменить династию на троне, при этом остаться в живых и с положением. Ты для него слишком мелкая сошка, поверь. - Он подошел к сестре и по-отечески обнял её.

Девушка доверчиво прижалась к его груди.

- А что у тебя со Стасией?

Ивон вздохнул.

- Она объявит об отказе выйти за меня, её репутация от этого не пострадает.

- Дурак ты, - грустно констатировала сестра. - Стасия тебя любит, а ты ждешь или ищешь непонятно чего. Она в конце концов выйдет замуж, а ты только тогда поймешь, что потерял.

Ивон ничего не ответил, только крепче прижал сестру к себе. А через несколько дней прилетел вестник о скором прибытии потенциального жениха. Снова слуги сбивались с ног, чтобы гостям было удобно и сытно. Хотя все давно приготовили, но лишняя проверка не повредит.