Леди из подворотни

— Если ты закончила, предлагаю наведаться в военный госпиталь, — проговорил Астер, убирая документы обратно в чёрную папку. — Вдруг тебя пропустят к деду?

— Конечно, идём! — воскликнула тут же. — Я готова!

Астер окинул меня внимательным взглядом и странно вздохнул. Я тоже посмотрела на себя: штаны чуть помялись, рубашка немного испачкалась в чернилах. Уверена, непокорные кудри растрепались и теперь торчали во все стороны. В общем, намёк Диварта был понятен.

— Ладно, сейчас приведу себя в порядок, — бросила недовольно.

И направилась к двери в уборную.

— Мари, — остановил меня оклик Астера, — а платья у тебя с собой случайно нет?

— Зачем мне платье? — что за глупости он говорит?

— Это красиво, — пожал плечами он. — У тебя прекрасная фигура. Уверен, в платье ты была бы просто восхитительна.

— Пф! — вырвалось у меня. — Во-первых, это неудобно. А во-вторых, Астер, платья надевают, чтобы привлечь внимание мужчин. Показать свою женственность. Мне оно не нужно.

— А я бы хотел увидеть тебя в юбке, — проговорил он, откидываясь на спинку кресла, а на его лице появилась мечтательная улыбка.

— Желательно, в короткой. М-м-м, уверен, это было бы незабываемое зрелище.

— Не дождёшься, — снисходительно бросила я. И уже хотела перешагнуть порог уборной, но всё же остановилась. — А, поняла, тебе нравятся платья и юбки, потому что их проще задирать! Удобно, признаю. Партнёршу даже раздевать не надо. Развернул спиной, поднял подол, и готово!

Я думала, Астер оскорбится или хотя бы немного разозлится, а он почему-то развеселился.

— Удобно, — кивнул, подтверждая. — Особенно, если нет особого желания видеть партнёршу обнажённой.

И добавил, добивая меня своими словами:

— А вот на тебя, Мари, я бы с удовольствием посмотрел без одежды.

Снова пытается меня смутить? Но я смогла не дать себе покраснеть.

— Можешь даже не мечтать, — выдала в ответ. — Я не настолько дура, чтобы стать очередной галочкой в списке достижений такого бабника, как ты.

И с этими словами всё же скрылась за дверью уборной.

Мне казалось, что я ушла гордо и красиво, но когда глянула на своё отражение, то чуть не застонала в голос. Щёки пылали, глаза горели, а губы отчего-то были особенно яркими, будто я долго их кусала. Волосы на самом деле растрепались и сейчас мелкие завитушки обрамляли лицо, делая его ужасно… милым. Эх, вот что с ними делать?

Распустив свою непокорную шевелюру, намочила руки и попыталась пригладить кудри руками. Помогло, как обычно, плохо.