Розовый рай

В моем возрасте стоит есть поменьше.

В своем одеянии Нитрей походил на доброго снеговика. Круглая голова с венчиком седых волос, казалось, лежала на полных плечах, а плечи в свою очередь располагались на объемном животе. Полные губы Нитрея непрестанно улыбались, но темные глазки из-под седых бровей смотрели остро. Дорнан был полной противоположностью лекарю, высокий, сухощавый, черные волосы, без единого седого, были заплетены сзади в косу, которая не расплеталась, несмотря на отсутствие заколки. Бледно-голубые глаза эмоций не выражали.

Одет маг был в черный китель без знаков отличия и такие же черные брюки.

– Обыкновенный ребенок, – буркнул Дорнан. – К тому же зачат не в лучшее время.

– Ну, что ты, Дорнан, – замахал пухлыми руками Нитрей. – Зачатые в любви благословенны небесами. Девочка вырастет красавицей.

– Что ты знаешь про любовь, старый, трухлявый пень на болоте.

– Побольше тебя, сухой стручок на дереве жизни, – перепалка забавляла гостей, но Линда их не слушала.

– Сейчас начнется, – горестно прошептала она, заметив, что Линни прижала кулачки к груди и вся вытянулась.

– Не мешать, – резко скомандовал Дорнан, вскидывая костлявые пальцы над колыбелькой.

– Линда, отойдем, – Эйтер оттащил жену в угол. – Потерпи. Это последний раз, когда малышка плачет. Поверь.

Линда зажмурилась и закрыла ладонями уши. Она знала, как все произойдет. Сначала Линни захныкает, словно прося пощады, а потом закричит от боли. И ничего ее не успокоит целых полчаса, а то и дольше. Она станет вялой, откажется от молока, будет плохо спать ночью.

Ее спинка покраснеет, а утром проявятся полосы. Эйтер обнял жену, ему тоже было тяжело слушать крики дочки, но другого варианта найти воздействие не существовало. Он не сомневался, что Линда все испробовала, все доступные и очевидные способы, значит, им остается только довериться магу и лекарю.

– Поймал, – Дорнан сжал кулак над колыбелькой. Малышка Линни прерывисто всхлипывала, но кричать перестала.

– Вот видишь, Линда, – Эйтер словно оттаял.

– Видишь. Она уже не плачет.

– Достань у меня из кармана бечевку, Нитрей, – приказал маг и сжал второй кулак повыше первого. – Вяжи между.

Нитрей сноровисто обматывал пространство между кулаками Дорнана, бечевка ложилась ровно, словно на тонкую палочку, и, наконец, завязал на несколько крепких узлов. Дорнан убрал руки, а бечевка осталась висеть над колыбелькой. Линда метнулась к дочке, приподняла платьице, на спинке красных следов не было.