Василиски тоже маги

– Ваше змейство, что-то случилось? Вам грозит опасность? Мне связаться с дядей? – никто из нас не мог допустить того, чтобы Октоит был заложником ситуации или на него кто-то напал.

От переживаний и вчерашнего празднования меня немного подташнивало и давление подскочило. Я сделала пометку в голове, что необходимо выпить исцеляющий и всемирно известный рассол, помогающий прийти в чувство после бурной ночи.

– Нет, просто немедленно возвращайтесь на остров, – приказал Октоит и его изображение померкло в хрустальном шаре, оставляя после себя серебристый туман и радужные осколки.

– И с чего вдруг он решил вызвать нас из отпуска? Между прочим, это всемирные выходные, ради которых нас даже из школы отпустили, а теперь он нас домой просит вернуться,– громче всех возмущался именно Хот. – И почему именно вас троих? Я даже для вождя не существую? – передать степень негодования племянника Ифы было невозможно, потому что ему было одновременно и радостно оттого, что он может со спокойной душой и без груза отдыхать дальше, но также парня задевал тот факт, что Октоит не пригласил в приказной форме его вернуться на остров.

– Успокойся. Задетое самолюбие не причина для такого возмущения. Отдыхай дальше за нас всех. Глядишь, наконец-то себе жену найдешь, а то дедушка уже начал переживать, что тебе почти тридцать, а ты одинок, – язвительно отозвалась Ифа, собирая свои вещи.

После представления драконов я поняла, что такое чувство полета и истинная свобода.

В небе нет ограничений или барьеров, наши собратья властелины небес и они умеют пользоваться своей безграничной силой. Паря под облаками или стремительно преодолевая слои перистых облаков, ящер чувствовал себя настоящим и живым.

С летателями мы все смогли найти общий язык и даже немного подружиться. Красный, он же Мишраш оказался вполне милым пареньком, не считая язвительной и немного хамоватой натуры. Пока он молчал, то был даже привлекательным, но стоило ему открыть рот.

.. все, его хотелось убить и прикопать под первым же деревом.

– У меня от тебя уши аж заболели. Кишраш в следующий раз выбирай молчаливых, а лучше немых спутниц для номера, – намеренно громко жаловался красный, заставляя меня сначала покрыться пунцовым румянцем стыда, а потом сильно разозлиться и зашипеть колкие ругательства, от которых у парней покраснели уши, а сам Мишраш решил отойти от меня подальше, чтобы не провоцировать. И правильно сделал.