Веятари

Я просто больше не буду выбирать сложные задания.

Что-то внутри меня противится такому решению, но я отмахиваюсь от этого чувства. Я все делаю правильно, потому что иной выбор меня убьет.

Я больше не советуюсь с Лиаром, выбирая задание от гильдии. И не обращаю внимания на его недовольство, все так же пресекая любые попытки поговорить. И я буквально кожей ощущаю его растущее разочарование. Он начал понимать, что прежняя я не вернулась и вряд ли уже вернется. А мне страшно думать о том, чем это может для меня обернуться.

Никогда не думала, что я такая трусиха.

Постепенно жизнь вливалась в новую колею. Я привыкала к новым реалиям, все отчаяннее загоняя стыд за свою беспомощность вглубь себя. Лиар вел себя безупречно, не настаивал ни на чем, от чего я отказывалась, сражался с теларами и не выказывал ни малейшего неудовольствия. Однообразные дни сменялись один за другим, превращая жизнь в бесконечную тоскливую рутину. И мне начало казаться, что так теперь будет всегда.

И от этого хотелось рыдать в голос.

Я не хотела такой жизни. Сколько себя помню, я мечтала защищать людей от телар, и теперь чувствовала себя ничтожеством. Ведь формально я веятэ, а по сути – бесполезна чуть меньше, чем полностью. И у меня просто нет сил это изменить. Умом я понимаю, что даже с увечьем можно сражаться, приспособиться к нему, если много и упорно тренироваться. Но я просто не могу себя заставить. Каждый выход из комнаты – это усилие над собой. И я в какой-то мере понимаю, что это не нормально, что так не должно продолжаться. Но ничего не делаю.

Когда я подумала, что Лиар ушел, эта мысль встряхнула меня. Но этого хватило совсем ненадолго. Я все еще прячусь от мира в своей раковине, и никаких улучшений не чувствую.

Может, все же было бы лучше, доведи тот телар дело до конца? Стоит ли цепляться за жизнь, радости в которой не осталось?

Стоя в душе, я мрачно размышляла, есть ли способ покинуть этот мир так, чтобы Лиар этому не помешал. Он ведь упрямый и считает, что должен заботиться обо мне.

И, наверное, в этом главная проблема. Для него я – долг, обуза. Если бы только он искренне желал позаботиться обо мне, я была бы самой счастливой девушкой в мире. Но я о подобном даже не мечтаю, понимая, как это бессмысленно.

Из мрачных размышлений меня вывел короткий звук. Скрипнула дверь душевой ниши, меня обдало холодным воздухом, а затем ко мне шагнул Лиар.

Голый.

Конечно, в том, что в душ приходят без одежды, нет ничего странного.