Принцессам в офисе не место

Скидки, кстати, оказались чьим-то первоапрельским розыгрышем — когда мы с ней, задыхающиеся и красные, вломились в магазин, цены были все так же заоблачны и недосягаемы.

В какой-то момент начальник сообразил, что я прилично от него отстаю. Выругавшись вполголоса, он вернулся за мной и вдруг крепко схватил за руку. Бежать на буксире было чуть легче, благодаря чему через несколько минут мы все-таки оказались у выхода к воздушным плавательным средствам. К счастью, еще до того, как одно конкретное средство отбыло в Адрабские эмираты.

После забега я дышала тяжело и прерывисто, как чудом спасшийся утопленник. Босс же даже не запыхался, и его бледное лицо ничуть не раскраснелось от упражнения. Он точно человек, а не упырь? Те тоже выглядят неплохо, пока с осиновым колом не познакомятся. И бегают быстро…

— Ваши билеты и паспорта, — улыбчивая девушка у стойки проверила документы и провела нас к отдельному выходу, в то время как остальные пассажиры толпились в огромной, как хвост змея-полоза, очереди.

Транспортное средство было огромным и напоминало своего родственника с пола гостиной только прямоугольной формой и узором. Его края непрестанно волновались, словно ковер был огромным морским скатом, а откуда-то из-под брюха, то есть с изнанки, доносился мерный гул. Все пространство ковра занимал огромный шатер с окнами, из которых выглядывали пассажиры.

Ой, мамочки… Что-то мне страшно к ним присоединяться! И это несмотря на то, что уже расположившиеся на ковре пассажиры выглядели вполне спокойными. «Хотя, если они не переживают, то и мне не стоит», — решила я и смело шагнула на сходни. А затем нечаянно посмотрела вниз, после чего ноги оцепенели, а руки сами собой мертвой хваткой вцепились в перила.

— Хлоя? — шагающий впереди начальник удивленно оглянулся. При виде моего белого как мел лица его удивление сменилось удрученно-обреченным выражением.

— Не скажу, — прохрипела я, с ужасом глядя на далекую землю внизу. — Я ни разу не летала. Вот и не знала, что это, оказывается… так высоко!

— Сейчас будет еще выше, — «обнадежил» меня господин Сориа.

Вот бессердечный тип! Однако «бессердечный тип» почему-то не спешил бросать меня на произвол судьбы. Наоборот, он вернулся и принялся терпеливо уговаривать меня разжать ладони.