Здесь живет Зло

— Буду знать, что ты способна необдуманные поступки. Но перейдем к делу — что ты такое подслушала, что у тебя появились мысли об убийстве? И кого я должен убить?

Коротко рассказала, как шла по тайному ходу, как обнаружила смотровую комнату, попутно узнав, что брат Иллин с подчиненными уже ее зачистили от следов моего там пребывания, и перешла к главному.

— Принцесса Катарина и молодой мужчина, который называет ее мамой, опаивают Императора. Они явно планируют с его помощью добиться своих целей. Захватить трон!

Райан хмыкнул, наклонил голову в бок, как ворон, увидевший что-то занимательное.

— Должен тебя огорчить — они не одиноки в своих стремлениях. И методах — тоже. Этельреда уже лет двадцать опаивают различными психоподавляющими зельями. Светлый император держится лишь за счет сильного иммунитета, привыкшего к ядам, и антидотов. Однако доза, подлитая в нужный момент, гарант принятия необходимого закона или решения. Этельред давно сам собой не владеет, и Светлая знать этим пользуется. Император слишком удобная ширма, за которой можно проворачивать свои темные делишки.

— Не дворец, а серпентарий какой-то! — Возмутилась я.

Райан не ответил. Он внимательно смотрел на меня, ожидая продолжения.

— Еще они обсуждали, что меня необходимо убрать, пока у нас не появились дети, — на этих словах я покраснела. Жених улыбнулся, прищурил глаза, как довольный кот.

— Продолжай, — мурлыкнул он.

— Ничего смешного я не сказала, — не пойми от чего набросилась на Райана. — Речь идет о моей жизни и семье. Если Гофрид действительно мой брат, то ему не может быть больше четырнадцати-пятнадцати лет.

— Иллюзия или маскировочные артефакты. Если они планируют вступить в борьбу за трон, им нужны союзники, а на Светлой Стороне ни с женщиной, ни с подозрительным подростком никто дел иметь не будет. Определенно его знают здесь совершенно под другим именем. Разберусь. — Уверенно заявил Райан. — Мне на Светлой Стороне бардак ни к чему. Принц Георг не без заморочек, но он лучшее, что есть у Светлой Империи.

Райан замолчал, погрузившись в свои мысли.

Посмотрела на часы — скоро уже начнется бал, а я не готова ни физически, ни эмоционально.

— Адалина, — позвал меня жених. Я вздрогнула, посмотрела на него. — Это ведь не все? О чем еще они говорили? Ты хотела, чтобы я убил твою мать?

Да, говорили. Только рассказать об этом я не могу. К горлу снова подкатил ком, из глаз потекли слезы. Спрятала лицо в ладонях, надеясь хоть как-то скрыть истерику.