Здесь живет Зло

А сегодня полдня потратила на посадку жутко вредного и чрезмерно чувствительного ко всякого рода эманациям, магическим в первую очередь, цветка. Сельерра синегривая может улавливать отголоски любой магии и ими же питаться. Исключение составляет только некромантия, которая быстро и безжалостно убивает растение.

Сейчас я сидела на свежевскопанной грядочке и осторожно подсыпала землю под корешки, попутно отмахиваясь от наглых усиков, которые Сельерра постоянно тянула к моим рукам в надежде получить еще порцию живительной магии.

— Ну, красавица моя, не жадничай, а то плохо будет! — терпеливо уговаривала я растение, взращенное из мелкого сморщенного зернышка и превратившееся в довольно крупный, с полметра высоту, куст. — Смотри, уже листики пятнышками покрываться начали. Ну, прекрати, прекрати.

Встала, отряхнув юбку, отмахнувшись от настырных усиков, взялась на лейку, чтобы полить цветок, и заметила троицу храмовников, остановившихся у калитки.

«Может мне им крем от грибка продать? И как они в такой обуви по жаре ходят? — промелькнула у меня глупая мысль.

— Интересно, у вампиров бывает грибок ногтей?»

Двоих из тройки я узнала. Судя по тяжелым кожаным ботинкам на толстой рельефной подошве, меня посетил сам глава Арадарского храма, Высокий лорд Лайам Мей эрэ Арр’Лакрима. Рядом с ним стоял храмовник в коричневом балахоне и в странных высоких ботинках из толстой грубой ткани на белой резиновой подошве, таким же носком и белыми же шнурками.

Я нервно сглотнула. Тот тип, который меня допрашивал!

Пока рассеянно разглядывала троицу, коричневый балахон решительно отпер засов на калитке и вошел на мою территорию.

Я запаниковала. У меня тут цветок, из-за которого я не спала две ночи, которое было выращено исключительно на моей живительной магии, и медленно приближающийся темный маг, который недавно колдовал. Его тяжелую темную ауру даже я ощущала, что уж говорить о растении. Мой цветочек просто не сможет выдержать разницу потенциалов и сдохнет!

— Не подходите энергетически неблагополучный мужчина! — Выпалила и вытянула руку в предостерегающем жесте.

Коричневый балахон резко остановился. Я же закусила губу.

Нарушила все мыслимые и немыслимые традиции!

Правила этикета гласят, что никогда, ни при каких обстоятельствах нельзя первым заговаривать с храмовником. Это правило касается даже Высоких лордов, которые сродни слугам, должны уступать храмовнику дорогу, смиренно опустив глаза в пол. Служитель Тьмы сам решит удостоить тебя разговором или пройти мимо.