Здесь живет Зло

Я рад, что ей хватило сил и благоразумия признаться, что в жилах первенца, которого она родила, нет ни капли крови рода эрэ Миттеранн. И давай больше не будет поднимать эту тему, сын. Мы никогда не будет вместе, как бы ты этого не хотел.

— Мила…

— Влюблена в тебя, как кошка, — перебил вампир. — Что глаза округляешь? Или ты такую щенячью преданность за фанатизм к детективному делу принял? Если не хочешь себе взять, то я поиграю с ней.

— Отец…

— Закрыли тему! — строго и непреклонно остановил сына лорд. — Клянусь, она не будет обижена.

Давай перейдем к делу. Рассказывай, какие сложности возникли по делу госпожи ан Тьенэ и почему ты не спал двое суток.

— Да никаких сложностей, – устало прикрыл глаза Оллеан, затем положил на стол свою папку, которая все это время лежала на коленях, и начал рассказывать. — Просто кое-кто решил воспользоваться случаем и под шумок совершить еще одно преступление, скопировав почерк нашего таинственного… эм… маньяка. Преступление я раскрыл, преступницы в тюрьме.

— Подробности, — потребовал вампир, беря рабочую папку сына и вчитываясь в документы.

— Последние несколько дней я работал с клиентами Ады. У нее разношерстные заказчики: от бедняков до Высоких родов Арадары. Из двадцати двух семей под угрозой оказались пять. Все из богатых. Четверым повезло — были отравлены лечебные настойки и по причине хорошего самочувствия их не применяли. А вот пятое…Юная Софи Ан Мирейа приобрела крем для рук и активно им пользовалась. Он не был отравлен, но после моей настоятельной просьбы, леди согласилась купить другой.

На этом я покинул ее дом. Но сегодня поздно вечером меня вызвали к ан Мирейа — Софи погибла, рядом с телом была найдена баночка с отравленным кремом Адалины.

На первый взгляд — все признаки преступления нашего маньяка, но… Я точно знал, что крем не был отравлен, лично проводил анализ. Второе — был использован нетипичный для нашего душегуба яд. Обычно использовались «тихие» яды, убивающие быстро, без следов. А здесь же… «гнойная яма» высокой концентрации была добавлена как в новый крем (девушка все-таки прислушалась к моему совету), так и в старый, который был задвинут в дальний ящик, но не уничтожен.

Когда я вошел в комнату, плоть на руках была проедена до костей, на лице застыло выражение жуткой боли. Кстати, яд был выбран весьма грамотно — жертва не может ни говорить, ни дышать, ни двигаться. Только смотреть, как быстро гниет кожа, затем мясо, разъедаются кости...