Леди с дефектом

Что, как и по какому праву?

Сбылась детская мечта – теперь каждый страж знал, кто такая Николетта Феррано. От и до. Папка с личным делом полнилась от служебных записок. Каждый следователь спрашивал одно и тоже, а я кивала болванчиком, вновь и вновь вспоминая ночь в переулке.

Подобно шефу Виллинью, стражи не верили в чудеса про дефектных людей и призраков-сущностей. У столичной девицы с дефектом просто больная фантазия, внимание привлечь хочет. От откровенных издевок останавливал лишь прямой приказ верхов.

За этой девочкой стоял шеф бьорнской службы, императорский сыщик и отец-министр. А потому, сцепив зубы, стражи последовательно выполняли свою работу. Бюрократическое колесо нехотя завелось и начало протаптывать дорожку в нужном направлении.

За стражами о Николетте Феррано и императорском сыщике Ричарде Орсо узнали гражданские и журналисты.

– Расскажите про сообщницу лорда!

– Это правда, что лорд Элварс ставил эксперименты на заключённых? Чего он добивался?

– Мой сын погиб от рук лорда, надо было прибить его прямо там!

– Почему вы позволили ему сбежать?

– Николетта, вы использовали личную связь с лордом, чтобы узнать его тайны?

К ночи я чувствовала себя выпотрошенной тряпичной куклой.

Спасал отдых, сон и сладости. Последних было много, в основном, от поклонников. Когда кумир миллионов сгорел на глазах, внимание граждан перевелось на нас с Риком. К слову сказать, императорского сыщика почти не тревожили и передавали только дорогие подарки от влиятельных лиц.

Мне же досталось все остальное. Письма, открытки, леденцы и домашние сладости.

Очень кстати пригодилась книга Розетты по ядам. Больно уж цвет подарочного лимонада отливал ядовито-зелёным. Так я узнала, что у славы есть вторая сторона медали. Некоторые фанаты лорда отбивали порог отеля, где я жила. Подлавливали у входа и называли лгуньей. Кричали вслед, когда я уходила на допрос, и встречали глумлением, когда возвращалась.

В один момент терпение хозяина отеля лопнуло.

В молчании он оставил записку под дверью, в которой вежливо и твердо попросил покинуть его тихую обитель.

Деваться вдруг стало некуда.

– Можешь пожить у меня, – предложил Рик.

В последнее время мы, если можно так сказать, сдружились. Он встречал меня и провожал до двери, иногда молча. После допросов язык шевелиться отказывался. Присутствовал рядом, ограждал от неприятных личностей, а после закрывал за собой дверь, уходя по важным государственным делам.