Леди с дефектом

Я выглянула из полутемного коридора, подзывая к себе.

– Ника?

– Тише! – поманив брата в тень, прыгнула ему на шею, родную, пахнущую неповторимым горьким ароматом из детства.

– Не могу поверить! Что ты здесь делаешь?

Дважды постучав по плечу, я попросила Ромула отпустить меня.

– Мое задание связано с Элварсом, – уклончиво ответила я, шутро выпутываясь из кольца крепких рук.

Реакция последовала незамедлительно. Сколько себя помню, брат всегда недолюбливал главного изобретателя страны. И что они там в лицее не поделили?

– Чтобы ты знала, мне это категорически не нравится.

Ты читаешь газеты? В столице участились ограбления, в Даосе пропадают политики, в Бьорне – убийства. И куда не посмотри, все ниточки так или иначе ведут к Даниэлю Элварсу.

– Бра-а-ат… – о "злобном гении Даниэле" он мог говорить без остановки. Каким-то образом он умудрялся все грехи повесить на своего врага времен учебы. – Ты был дома? Как Микаэль?

Морщинки на его лице немного разгладились.

– Был. Мама приболела. А Мика, что сказать, скучает по тебе.

Ты в пять лет тоже хотела стать министром игрушек?

Перешептываясь, мы направились к свету.

– Поможешь мне попасть в кабинет Элварса?

Вот так просто, прямолинейно и чуточку жалостливо.

Увы, на мои жалобы у брата был иммунитет. Ромул сложил руки крест-накрест, выражая негодование и долю братского разочарования.

– Исключено. Не забыла, что я правая рука закона?

– Пожалуйста, мне очень нужно услышать ваш разговор и еще ненадолго остаться там, на минуточку… – я была готова умолять, лишь бы добиться желаемого.

Получает ли лорд угрозы или ведет с кем-то переписку?

Все подсказки должны храниться там. Гораздо проще было бы спросить напрямую, но одно из условий клиента – анонимность.

Даниэль не должен знать, что кто-то ищет его недоброжелателей. Глупое условие, из-за которого еще больше казалось, что заказчик дела – одна из воздыхательниц. Если есть угроза – надо идти в службу порядка, а не по местным агентствам по оказанию услуг. Так глупо могла поступить только женщина.

А требование к анонимности это подтверждало.

– Рыться, значит! Ника! Именно поэтому мне никогда не нравилась твоя работа. Между законным и незаконным тонкая грань, и сейчас ты собираешься ее преступить. Не смотри на меня так жалобно, я не могу допустить проникновение в личное помещение.

Нашу перепалку прервало еле уловимое движение в конце коридора. Ромул ничего не заметил, но я узнала его. Мерзкая указка сверкнула наконечником, а значит вот-вот покажется экономка.