Леди с дефектом

Обещай, что не забудешь про меня, когда отправишься к богу.

– Попрошу прислать тебе похоронку.

Склонив голову, Луиза всхлипнула. У глаз вылезли морщинки, рот расплылся в зачинающемся рыдании.

– Ладно-ладно! Обещаю, что когда отправлюсь к Сияющему, то возьму тебя с собой. Так?

– Так.

Луиза всхлипнула напоследок, в этот раз радостно. Глазки засияли.

Как мало нужно человеку для счастья! Просто, чтобы тебе верили. Безоговорочно. Даже если ты несешь полную чушь.

Говоришь, скоро я отправлюсь к богу? Обидно, хотя… Чему быть, того не миновать, верно?

Распрощавшись с Луизой и ее тётей, мы сошли на последнюю тропу фестивального созвездия.

Глава 18. Синяя звездочка

"Только уединишься с прекрасной девой,

как происходит что-то из ряда вон выходящее

по твоему профилю".

Югр Ставский

– Если хочешь сохранить ноги – не стоит нам туда идти.

С сомнением покосилась на высокий помост из тоненьких досок. Под ритм музыки он проседал от тысячи людских ног.

Дефектных детей не учат вальсировать. Их учат сидеть в сторонке, как самая серая мышка, и сливаться с мебелью.

К моему счастью, в нашем доме танцевать учили Ромула, а я была для него первым партнером. Что лукавить, в детстве мы резвились под любую музыку. А сейчас… Что-то мне нехорошо. Можно, присяду?

Поискала взглядом ту самую мебель. Места для отдыха были далеко. Чтобы добраться до них, следовало пересечь танцпол по диагонали.

– Еще как стоит!

Рик крепко схватил меня за локоток, чтобы не убежала, и потащил в самую гущу танцующих.

Духота!

Вот за что я не люблю толпы.

Особенно – движущиеся. Особенно – не в такт!

Люди плясали кто во что горазд. И это под монотонную мелодию вальса! Приезжие двигались аккуратнее, чего не скажешь о веселящихся бьорнцах. Полагаю, горячительный глинтвейн добавил храбрости закоренелым северянам.

Всего шаг в сторону – тяжелый мужской сапог прошелся по кончику стопы. Дернулась в другую – женская юбка с металлическими подвесками больно хлестнула рукав.

– У-у-уй! – завыла и инстинктивно прижалась к Рику плотнее.

Тот решительно ускорил шаг. Взял за плечи и отбуксировал меня к краю танцпола.

Здесь заканчивался фестиваль, и начинался привычный Бьорн. Мрачной лапой он коснулся двух фигур. Объял крепко-крепко, как желанных гостей, а затем отпустил. Мрак отполз в сторону, дабы не нарушать уединение.

Здесь два тела сливаются в нерешительном танце. Медленно поднимают глаза и пропадают во взглядах друг друга.

Здесь нет места фальши. Мрачный Бьорн все видит и врать запрещает.