Потерянная. Переплести судьбу

Схватив слегка мятый, но все же чистый лист, женщина уселась за стол и стала продумывать письмо.

Воплотить замысел оказалось не так легко: рука Мариэль ужасно дрожала, из-за чего буквы коверкались и иногда трудно читались. Пробирающие до боли в груди приступы кашля тоже заставляли ее то и дело отвлекаться от задуманного. В итоге, спустя несколько долгих и мучительных попыток Мариэль удалось написать некое подобие письма.

В нем она изложила кое-что важное, о чем все эти годы никак не решалась рассказать Гретте.

..

Собравшись с духом, женщина сняла с шеи медальон и убрала его в карман своего потрепанного платья крестьянки. Готовый конверт она уже положила в знакомый ящик, где и лежала шкатулка, после чего горько вздохнула и закрыла комод. Протяжно выдохнув, Мариэль пошла на кухню и принялась за домашние дела.

Из последних сил женщина готовила еду себе и дочери, которая вернется теперь лишь поздно вечером...

* * *

Оказавшись на улице, девушка ненадолго оперлась спиной о запертую дверь и горько вздохнула.

Беззаботное детство и множественные погони за бабочками как-то совсем незаметно сменились взрослой жизнью, где мать ее — стара и больна, а мечты, как оказалось, так просто не сбываются...

Собрав волю в кулак, Гретта поправила седельную сумку с заготовленным для работы платьем и запрыгнула на своего жеребца. Седло было старым, пошарпанным и разболтанным, но выбирать ей особо не приходилось — сейчас девушка никак не могла себе позволить лишние траты.

«Еду спокойно и ладно...» — размышляла она, щурясь от яркого солнца, что ударяло в ее дивные сапфировые очи.

Путь к нужному месту был весьма далек — каждый день Гретте приходилось скакать до ближайшего города, а вечером обратно. После выхода из дома дорога галопом занимала около часа, но другого выбора у ней особо и не было — в ее деревне с работой все настолько плохо, что вырученных денег не хватило бы на еду и лекарства для матери.

Еда или же накопления для поступления в академию.

.. Эти желания меркли в сравнении с болезнью единственного родного человека. И если с первым пунктом при желании проблем не было, ибо заботливый начальник угощает своих работников, то вот о поступлении в академию вопрос даже не поднимался, ибо все возможные деньги Гретта отдавала для помощи матери.

Мариэль тяжело болеет уже более месяца и те лекари, услуги которых оплатить ей было по силам, лишь разводили руками.