Связка и дракон

- Давай меня, а не её! – обрадовалась Фрея, рванув к нему, - ты такой умница, что предложил! А то я всё думала кому намекнуть! А ты тут сам сказал… ну! Подставляй руки! Я готова!

Мы с папой одновременно прыснули.

- …позор! Чистейшей воды недоразумение! – шагал рывками, дергая за руку откровенно ревущую Онни, мужчина, - ты должна была вести себя…

Тут он заметил, что коридор не пуст и замолчал, выпрямившись и гордо шевеля ногами. Карикатурно полный, с лоснящимися от геля волосами в зачёсе назад, дабы сокрыть первые залысины.

Что там про него говорила Мел? Я сделала поспешный шаг в его сторону, расплывшись в оскале восхищения.

- Сенатор Риигс! – едва вспомнила фамилию, - какая… радость! Меня зовут Аямако, я подруга Мелании и Онники. Мел про вас столько рассказывала! Мне очень приятно познакомиться! – и как бы наигранно это не выглядело, - не ругайте, пожалуйста, Онни. Она просто очень сильно испугалась, вот и… расстроилась! А вы не представляете, как там было страшно!

Первое, что я заметила, пока трясла его руку в своих двух – удивление.

После скользнувший вниз от моего лица взгляд, удовлетворение в глазах и… медленная какая-то нелепая улыбка, обрисовавшаяся на его лице. Он остался удовлетворён увиденным.

- Аямако, - протянул он, пока лицо моего папы вытягивалось, а сам он становился в позу злющего Озерфира неподалеку, - я тоже очень рад знакомству, - почти мурчание в голосе, - ты тоже можешь приходить в гости… вместе с Меланией.

Я деланно радостно покивала ему и напомнила:

- Онни сильно переволновалась, - убеждающим тоном, - может ей немного горячего шоколада и поспать?

Он кивал каждому моему слову! Система, насколько же ты мерзкий и… несчастный человек, если можешь так реагировать на девушку младше твоей дочери?!

- Конечно – конечно, - он даже улыбнулся опешившей Оннике, - почему ты не сказала мне, что тебе нехорошо?

Девушка округлила глаза.

- Сенатор Риигс, - отлепил мужчину от моих рук папа, - нам пора, к… счастью. Ая, - зыркнул на меня, - кыш.

Тут очнулась Фрея:

- Тебя сейчас от ярости порвёт, потому что я передумала к тебе лезть или… нет, ну ругается папка на любовь всей твоей жизни, ну и что теперь? – она хихикнула, - Онника, иди уже отсюда, пока крокодил не лопнул!

Теперь они сверлили глазами друг друга.

- Всего доброго, - кивнул исключительно мне отец Онни, - еще увидимся, Аямако.

И они теперь степенно и совсем без ругани направились на выход. Всё время их прогулки в коридоре стояло молчание.