Взрослые приключения Генри Смита

Что-то еще более сложное пятимерно, затем шестимерное...

Генри буквально заводит:

- Потрясающе, что это Светлана?

Девушка спокойно, как опытный повар, готовящий ядовитую, если чуть-чуть пережарить или не дожарить рыбу - ответила:

- Переход в девятимерное пространство. Новая реальность. Не бойся, ты все будешь видеть, таким, как привык в своем мире.

Генри присвистнул:

- То есть?!

Девушка решительно произнесла:

- Мозг адаптирует потоки информации. Погружайся глубже.

Генри Смит ощутит себя в ней - неведомой матрице.

Его тело каменной статуей замерло на краю стеклянной поляны, а суть, разум, душа, короче, высшее эго - ухнуло туда, в зыбкое чужое непостоянство, и распахнувшиеся навстречу грани-двери сходятся как крылья стрекозы за спиной.

Нирвана... Генри где-то.

Юноша превратился в нечто - материальное и духовное, сущее и несущее - разом:

Он - первобытный индивид, размахивающий каменным топором. Яростно бьется за свое племя и своих самок. Тяжелое, неуклюжее оружие, словно пушинка.

Неандерталец бросает топор, и он проламывает череп врага. С небес струится пороша, изо рта, в котором не хватает трети крупных как у льва зубов, раздается дикий вой ...

Он - философ, заканчивающий труд всей жизни. Последний свиток лежит на моих коленях, руки дрожат, глаза воспалены. Генри через силу перечитывает его, а за колоннами - лазурное небо и ласковое море. Хочется нырнуть туда и вознести хвалу Зевсу. Пусть мать богов Гера будет добра к нему сегодня...

Он - раб, высекающий мраморную глыбу в каменоломне.

Тело содрогается от усталости, капает кровь, смешанная с потом. Свистят бичи надсмотрщиков, удар обрушивается на усталое, не знавшее выходных тело. Рядом стонут такие же бесправные рабы, тяжелый запах пота, он дрожит, от омерзения у разложившихся трупов. Но труд не напрасен, растут пирамиды, и возвышается усыпальница в Долине Царей...

Он - слепой бард, перебирающий струны, поющий о Карфагене, о богах и героях, о хитроумном Ганнибале и его долгом скитании, преследуемый римлянами и собственными не благодарными соотечественниками.

..

Он - кречет, распластавший крылья над обрывистыми берегами, которым еще никто не дал названия, лишь трупы павших людей, покореженные латы, сломанные копья, торчащие стрелы...

Он - архейский океан, мрачная стихия, переполненный разрядами. Сверху бьют молнии, носятся темные углеродистые облака, пенится нефть. Разум словно пребывает во сне, и лишь некая слизь хочет сформироваться в...