Понять, простить, полюбить.

Как истинный бабник, он не мог пропустить появление Мейлины.

- Кто же вы, прелестная незнакомка… – начал он подкатывать к Лине, но тут отмер Арриан, быстро подойдя к ней, взял за руку, подвел к своему деду.

- Дед разреши представить тебе мою спутницу, леди Мейлину Ордани. Мейлина, перед тобой Великий князь Маунтвинда Его Величество Ярвид, мой дед. А этот невежливый юнец, пристающий к незнакомой даме – мой младший брат, Арлинн.

Мейлина, как положено, присела в реверансе.

- И где вас откопал мой угрюмый внук? – Дед-князь смотрел на Мейлину доброжелательно.

- Впрочем, я предлагаю тебе, внук, отвести очаровательную спутницу в ложу, что бы избежать неприятных минут в самом начале спектакля, не того, что на сцене, а того, что от великого ума приготовил нам всем мой не совсем умный зять. Впрочем, я сам вполне могу это сделать, если разрешишь. Так будет лучше. Только не устраивай скандала сразу же, здесь надо действовать тоньше.

- Не беспокойся, дед, у меня хорошие шпионы, я подготовился, не только морально!

Князь предложил Мейлине руку, провел в ложу, усадил, спросил не нужно ли чего, посоветовал не стесняться и звать дежурящую обслугу, если что, и одной, без горничной не выходить.

- Пойду спасать Арриана, а то на него устроили охоту, совсем не к месту.

Мейлина сидела почти по центру зала, слева от нее была громадная королевская ложа, справа, за решетчатой перегородкой, начинались ложи бельэтажа. Публика постепенно заполняла зал. Дамы сияли бриллиантами, мужчины были, в основном, в темном, или в военных мундирах.

Изредка мелькали красные, белые или черные облачения священников. Кира подала ей футляр с веером из темных страусовых перьев. Мейлина, помня, как еще мама упоминала о своеобразном «языке вееров», просто положила его на обитый бархатом барьер ложи, и не решилась использовать, что бы не попасть впросак. На нее наводили лорнеты и театральные бинокли. Всех интересовала неизвестная красавица в литерной ложе, явно приближенная к королевской семье. Справа раздался шорох, в соседнюю ложу вошли зрители. Мейлин очень хотелось взглянуть на соседей, но она помнила наставления и сидела неподвижно, как статуя, с надменным видом, лучше всего скрывавшим ее страх и растерянность. Арриана все не было. – «Вот злодей, затащил в театр и бросил»! – мелькали в голове нехорошие мысли.

Рядом на кресле лежала богато изданная программа спектакля. Роли, исполнители, и либретто. Лина стала ее изучать.