Невеста. Туда и обратно

Он ее господин и он имеет полное право смотреть. И трогать. И делать с ней все, что захочет. Это не насилие, это естественный порядок вещей.

Ниаль легко сбросила платье, оставшись обнаженной перед ним.

- Подойди ближе, айха.

Она подошла.

Шахван чуть прищурился, разглядывая. Протянул руки, коснулся ее бедра, провел пальцами, затем притянул ближе, заставляя сделать еще шаг. Погладил второй рукой.

- Сядь ко мне на колени, айха.

Ниаль послушно села. И все же, чуть напряженно…

- Ты боишься? – спросил шахван.

«Испугалась? Все уже хорошо»… Вдруг вспомнилось, как другие руки коснулись ее, пытаясь утешить… тогда - забота о ней, сейчас насмешка.

Боится.

Глупо врать тому, кто и сам может видеть правду. Нет, мысли читать шахван не может, но уловить эмоции и отрывочные образы – может вполне. Говорят, полноценно читать мысли может только император, он всевидящ и всезнающ, и это умение очень ревностно берегут, отбирая лучших айх, которые усиливают и передают дар наследникам.

Но и таланты шахвана весьма ценны.

Сердце невольно замерло.

- Немного, - шепотом ответила Ниаль.

- Почему? Что тебе рассказывали про меня? – голос шахвана обманчиво мягкий, вкрадчивый, но от этого только хуже и страшнее.

- Мне говорили, господин, что вы жестоки к своим врагам. И что мне нужно быть осторожной.

Это ведь правда.

- Но ведь ты не враг мне, - шахван гладил ее по спине, по волосам, словно изучая.

Его пальцы по ее позвоночнику, сверху вниз.

- Я не боюсь, - шепотом сказала Ниаль. – Просто волнуюсь немного.

Он потянулся к ней, словно принюхиваясь.

- Тебя обнимал другой мужчина совсем недавно? – и сам удивленно поднял бровь.

- Что? – Ниаль вздрогнула, испугалась. Но даже сама понять и поверить не могла. – Нет!

До паники почти. Что это? Что за мысли? Какой еще мужчина? Что господин с ней за это сделает?

Но ведь не было никакого мужчины!

Шахван присмотрелся еще внимательнее, потом усмехнулся даже, только в этой усмешке ничего доброго не было.

- Ничего не было, - признал он. – Ты плакала, он всего лишь пытался успокоить тебя. Я вижу, что никакого умысла в этом не было. Я не обвиняю тебя. Но и правды от меня не скрыть. Не стоит бояться, если твоя совесть чиста. Но если задумаешь что-то дурное – помни, я узнаю сразу.

Успокаивал? Только сейчас Ниаль поняла, о чем речь.