Во власти проклятого короля

— Я не ошибался. Вацлав — единственный за многие поколения правителей, кто достоин носить корону, — резюмировал Богша, к огромному удивлению Алены.

— Ты его знаешь?

— Видел один раз, но запомнил на всю жизнь. Я родился в Радоре. И помню, как моя мать плакала, жалея королевичей, приговоренных к смертной казни во время захвата врагами города. Чувствуя безнаказанность, негодяи часто сгоняли горожан на площадь для показательной казни. В тот день они приказали собрать детей старше пяти лет. Мне как раз исполнилось шесть.

Клетка с королевичами была установлена на эшафоте, и двое главарей просунув за прутья длинные ножи, изощренно пытали мальчиков, нанося режущие раны. Ни Вацлав, ни Радор не издали ни звука, не стонали, не просили пощады. Вокруг стояла гробовая тишина. Мы боялись часто дышать, не то что плакать. Казалось, что это наша жизнь вытекает с каждой каплей крови юных королевичей. Я был поражен проявлением такого мужества у беззащитных наследников королевства.

Изумленная услышанным, Алена во все глаза смотрела на рассказчика.

Как так случилось, что она ни разу не слышала о тех событиях. Самой о шрамах короля как-то казалось не корректно спрашивать. От правды хотелось плакать.

— Ты знаешь, что было дальше? — заметя реакцию девушки на свое повествование, поинтересовался Богша.

— Нет. Расскажи.

Словленное мужчиной вчера нечто сегодня приобрело черты очень миловидной темноволосой барышни с огромными синими глазищами. Потомок древних воодушевленно продолжил. В его словах читалось явное восхищение, граничащее с поклонением действующему правителю Радора.

Девушка узнала и о проделках юного короля, и о вероломстве его дяди регента, и о тяжелом бремени, которое единолично принял Вацлав, собственноручно казнив родственника.

— Вот ты где, — в дверь темницы шумно влетела Багряна, — Я его ищу повсюду, а он тут сидит и распинается о нашем враге.

Богша замолчал и, насупившись, уставился на вошедшую.

— Чего смотришь. Думаешь, девушки воздухом питаются. Или решил пленницу голодом заморить, — строго выговаривала Багряна, раскладывая на столе принесенные продукты.

— Ты тоже родилась в Радоре, — поинтересовалась пленница в надежде разрядить обстановку.

— Нет, я из этого поселка. Не всем так повезло, как Богше.

— А ваш новый город красивее столицы Радора?

В ответ — непонимание.

— Какой город?

— Ваша новая столица, — как детям поясняла Алена.

Богша хранил озлобленное молчание, сжимая кулаки. Багряна не скрывала удивления от нелепости вопроса.