Слова, ставшие пеплом

Редкие прохожие также никого, подходящего под описание не видели, кроме разве что одной девчушки, беззаботно качающейся на качелях. Она выслушала меня и указала в сторону леса, где располагалась одинокая, заброшенная беседка. По её слова Лия была здесь минут десять-пятнадцать назад, причём походила она, как выразилась малышка, на зомби. Теперь никаких сомнений, что её тело вновь захватил обезумевший брат.

Я со всех сил помчался вглубь леса, к беседке, находящейся по правую сторону от запруды. К моему удивлению, я обнаружил беседку пустой.

Вблизи её тоже пусто – ни единой души, лишь только сваленные от старости деревья и высокие кустарники с красными и фиолетовыми ягодами.

Меня сразу же охватила дрожь. Дыхание стало прерывистым, а сердце колотилось как бешённое, сигнализируя о диком волнении. Я был весь мокрый и уставший, да и одежда моя не отличалась чистотой офисных работников, собравшихся на очередное совещание.

От отчаяния я плюхнулся на пень, переводя дыхание и размышляя о местонахождении Лии.

В голову вообще ничего не лезло, только одни опасения и страхи. Укрывая все мои надежды чёрным саванном, облечённым в полную безнадёжность.

Возможно, я уже опоздал. Нет! Она сильная и не позволит собой помыкать! Просто так Лия не опустит руки.

«Не могла же она…» - прикинул я, оборачиваясь лицом к десяткам, сотням, а может и тысячам деревьев. – «В здешних местах ни один раз пропадали люди, они блуждали по нему несколько дней, пятеро погибли от переохлаждения прошлой поздней осенью, кого-то избили и ограбили».

Сложно даже представить во что она угодила.

Эти мысли заставили меня действовать. Я подскочил и хотел было направиться ещё глубже в лес, однако, слева от меня послышался едва различимый плач.

Ноги сами понесли меня в сторону запруды, где глазам открылся чудесный вид, обёрнутый в нечто холодное и чудовищное.

Я добрался до природной плотины, собранной из множества брёвен, сучьев и небольшого количества мусора, брошенного в воду людьми: шины, бутылки, тряпки, пакеты и рваная одежда.

Проявление здесь людской цивилизации ощущалось по минимуму, но всё же ощущалось. Люди – существа сродни свиньям, если ни хуже, - грязные и всё уничтожающие, нагадить успели везде, где ступали их ноги.

Взгляд мой остановился на воде, скапливающейся за запрудой и небольшими ручейками стекающей вокруг брёвен, палок, листвы и мусора.

Оторвавшись от пленительной картины, я огляделся – Лии здесь нет.

«И где же ты?» - обратился я в пустоту.