Проблески заката

В любой другой день – пожалуйста, дай ему пощечину, но не сейчас, когда любой крик, любые лишние движения, могли накликать беду. Чудо, что пираты до сих пор не дошли до этой части корабля, а может они просто выжидали?

Нет, это вовсе не удивительно, ведь в данный момент за экипаж боролись на мечах моряки, простые работяги умевшие мало-мальски стоять на ногах и держать в руках увесистое орудие, и несколько уважаемых аристократов, что не побоялись встать против пиратов. Эти бравые мужчины, приняли весь удар на себя и отвлекали, не позволяли пройти к этой части, охраняя самое главное – женщин и детей, давая им возможность спастись.

Ведь именно женщина дает жизнь новому человеку. Именно они вынашивают девять месяцев внутри себя маленького человека – от начала его сотворения из маленьких клеток, до настоящего, полноценного, со всеми ручками и ножками, младенца. А какова роль мужчины в формировании внутри утробы нового человека? Минимальна. И слава всем богам, хоть кто-то это понимал и стремился защитить, и им было не важно их ли это жена или чья-то еще. Но там, где есть, в лице тех храбрецов, всегда будет и тьма, давняя подруга, в виде таких вот моральных уродов как господин Эрмин.

Серам глазами искал средь толпы знакомое лицо и не найдя, не понимал какие чувства сейчас его испытывали на прочность. Гнев – за то, что он в очередной раз не думает о себе и стремится помочь всем и вся? Или страх – ведь одному Богу сейчас было известно, где этот нерадивый друг сейчас и жив ли он?

«Он определенно жив!» - воскликнуло нечто в голове Серама.

– «Он точно жив! Ты сам прекрасно знаешь, что и не из таких передряг выбирались, а тут просто шайка пиратов напала, делов то!»

- Мы не можем позволить ему забрать целую шлюпку для одной его задницы! – и девушка, пробираясь сквозь толпу, стремительно приближалась к медленно спускающейся вниз лодке.

***

Ни одно заклинание не действовало на пиратов! Сколько бы сил не вкладывал в свои атаки Тео, им было бы хоть бы хны.

Пришлось полагаться лишь на свои навыки и надеется, что за месяцы без практики, его тело все еще помнило, как двигаться.

Будучи человек не обделённым ростом, с крепким телосложением двигаться в таких узких коридорах было сродни пытки. Даже одетым в максимально простую, свободную одежду, не стенающую движения, тело казалось деревянным. Сосредоточенность, читалась на его лице, с примесями страха, зацепить кого-то из экипажа, размахивая рядом мечем.