Сладкая жизнь, или Как соблазнить принца

Хотя бы уже ради утилизации пробных ингредиентов – не выбрасывать же было их. Катрисса пришла в дикий восторг. Занимались мы своей тайной кулинарией по вечерам, когда Лоппи шел спать. Приходилось урывать часок от сна, но дело того стоило.

- Как бы мне раздобыть обувную колодку? – спросила я ее. – Туфельную?

Перебрав несколько вариантов, я все-таки остановилась на круглом бисквите с начинкой из ягодного конфи и кремю* на желтках. А для украшения слепить из мастики туфельку, используя колодку.

- Ой, тоже еще проблема, - рассмеялась Катрисса. – Буду убирать в мастерской и утащу одну. Главное не забыть потом вернуть.

- Самую маленькую бери, - инструктировала я. - И почище.

Мне повезло еще и в том, что Катрисса совершенно не умела рассчитывать количество продуктов, поэтому Бадрис покупал все с запасом. Вот эти скопившиеся излишки я сейчас и использовала для кондитерских экспериментов.

Еще одной проблемой была форма для коржей. Вздыхая о своей армии раздвижных колец, я перебирала кастрюли и вдруг нашла в кладовке заросшую паутиной круглую керамическую форму – то ли для пирога, то ли для жаркого.

Не совсем то, конечно, но на бесптичье, как известно, и жопа соловей. Сойдет.

За несколько дней до сакральной даты мы с Катриссой провели генеральную репетицию и испекли в ковшике пробный бенто**, без туфли. К внешнему виду претензий у меня не возникло, а вот вкус я оценила на троечку с плюсом. Катрисса была в восторге, а у меня нашлось, к чему придраться.

Конфи на крахмальном мабре плохо застыл, кремю, наоборот, получился слишком плотным, плюс неприятный металлический привкус сливок. И если по первым двум багам я вполне могла подкорректировать пропорции, то что делать со сливками, не представляла. Этого привкуса не было у масла, сметаны и сыра, а у молока он исчезал при кипячении, но прокипяченные сливки категорически не желали взбиваться.

- Я знаю! – воскликнула Катрисса, облизывая ложку.

– Надо взбить, а потом добавить тертую кожуру коббера. Она точно перебьет. И цвет будет красивый.

Я задумалась. Коббером назывался фрукт с толстой кожей, отдаленно похожий на мандарин, только ярко-розовый, почти малиновый. Однако стоил он дорого, и в доме его, разумеется, не было. Не заказывать же Бадрису.

- Я сама схожу на рынок, - поняла Катрисса мои сомнения. – Ну а если не получится, просто съедим его.