Белая и пушистая

- Вот за это вас не любят, - заявила она холодно, но потом, наклонившись к Владимиру и понизив голос, добавила. – Но все-таки – болтай поменьше! Я, конечно, тебя всегда защищаю, но мои возможности не беспредельны.

- Вы же тоже нас не любите, - выгнул бровь Владимир, и начальница снова вспыхнула:

- Разумеется, я тебя защищаю исключительно из корыстных интересов – накой мне нужна на кафедре эта блатная дура?!

Шатров глубоко вздохнул:

- Баррикада Игоревна, но я действительно никому ничего не навязываю.

- Не делай вид, что ты меня не понимаешь! Сам прекрасно знаешь, что навязыванием сейчас считается все. Даже если ты просто ответишь «да» на вопрос, веришь ли ты в Бога. Или если у тебя из-под одежды крестик случайно вылезет.

Молодой преподаватель машинально поднес руку к горлу и наткнулся пальцами на высокий воротник теплого свитера. Что ж, по крайней мере, в данный момент пропагандой христианства он точно не занимался!

- В общем, я тебя предупредила, - завкафедрой развернулась и стала подниматься по лестнице, давая ему понять, что разговор окончен.

- Скажите, только, кто стукач на третьем курсе? – пошел за ней Владимир. – Олег Рожков, да?

- И не мечтай, никто тебе этого не скажет, - сухо ответила начальница.

Шатров поднялся еще на несколько ступенек, но потом зашагал медленнее, отстал от заведующей, а дойдя до очередного этажа, и вовсе остановился.

Третья их встреча случилась в буфете после очередной лекции Владимира. Он дожевывал свой более чем скромный обед, когда девушка, на этот раз нарядившаяся в серебристый брючный костюм, появилась в дверях, окинула буфет быстрым взглядом и направилась прямо к нему, хотя свободные места были и за другими столиками.

- Здравствуйте, Владимир Павлович. Сюда можно? – спросила она тихим мелодичным голосом.

- Конечно, - кивнул молодой преподаватель.

Девушка положила на стул рядом с ним свою крошечную белую сумочку, больше похожую на большой кошелек на цепочке, и отошла к буфетной стойке.