Неприятности где-то рядом

- Латифа, как думаешь, сегодня на балу есть шанс встретить госпожу Жаннету и кое-что обсудить с ней?

Моя приятельница посмотрела на меня, как на сумасшедшую:

- Катрин, ты осознаешь, что такое дворец? С чего ты решила, что тебе позволят разгуливать по территории и искать встречи с госпожой? Да если главная экономка заметит тебя там, где тебе запрещено находиться, тут же вылетишь!

Может оно и к лучшему, если вылечу? Попасть в руки к ведьмам совсем не хочется!

- Ну, а вот если очень надо? Вопрос жизни и смерти?

Латифа уселась на узенькую кровать и как-то тяжело вздохнула:

- Катрин, давай начистоту? У тебя что-то случилось?

Я последовала примеру приятельницы: опустилась на свое «ложе» и тоже вздохнула:

- Случилось.

Но об этом я могу поговорить только с Жаннетой.

- Боюсь, что в ближайшее время это невозможно. Если только сама госпожа не решит навестить нас. Но зачем бы ей это делать? Можешь рассказать мне, и я подумаю, что можно сделать. Возможно, удастся передать записку для Беатины, а она отдаст её госпоже.

Но, всё не так просто…

Я замялась. Я вообще плохо разбираюсь в людях. Сколько раз обманывалась, не счесть. А тут другой мир и вообще ничего не понятно.

- А откуда я знаю, что могу тебе доверять?- Латифа в ответ на мой вопрос усмехнулась и дернула плечом:

-Я, по крайней мере, никому не сказала о своих догадках, что ни в какой Лежской обители ты не воспитывалась. Да и вообще, вряд ли ты знаешь, что такое расти в обители.

- Почему ты так решила?

Латифа распустила свои густые волосы, достала широкий гребень и, не торопясь, начала расчесывать черные пряди.

Я продолжала сверлить девушку взглядом, ожидая ответа. Латифа, выждав пару минут, все-таки удостоила:

- Моя мама росла в Лежской обители. Там из дочерей оступившихся делают послушных, покорных и почти безвольных девушек. Мама разговаривала едва слышно, глаза всегда опускала вниз, и ходила, втянув голову. Я не помню, чтобы она смеялась или пела, она, будто пыталась быть как можно незаметнее.

Только со мной она немного менялась. Да и любая дочь оступившейся после обители ведет себя также. Ты совсем другая. Поэтому я ни на минуту не поверила твоим словам. Но я ни с кем не поделилась своими выводами.

- Ну, раз уж ты догадалась, то нет смысла врать. Я, действительно, не росла в обители, но мне запретили говорить правду. Могу лишь сказать, что я зачем-то понадобилась ведьмам, и госпожа Жаннета должна была меня от них спрятать.