Из Яви в Навь за любовью

Нет, вряд ли можно придумать что-то хуже этой зажигалки…

Ну с трудом, но руки ненадолго этим согреть можно. Поджечь сено? Оно сырое, а если и разгорится, мы моментально отравимся угарным газом.

Мы сидели молча, разговаривать не тянуло. Я то и дело тянулся к своему ядру, пытаясь нащупать хоть искорку. Мне казалось, что моя сила будто под толстой плёнкой, но мне её не разрезать и не порвать… Катарина прижималась ко мне вплотную, и я чувствовал запах её волос, отдающий почему-то сиренью.

В какой-то момент я понял, что Катарина спит, и я сам тоже почти сплю.

Страх обжёг меня не хуже огня. Мы точно замёрзнем насмерть, если заснём!

Я растолкал мышку и заставил её встать. Держа её за руки, я принялся делать упражнения, прыгать, толкать и тянуть её. Наконец она разошлась и даже явно немного согрелась – на белом, как у снежной королевы, лице появился легчайший румянец.

– Кто тебя избил? – спросил. – Это точно не я.

Катарина досадливо поморщилась.

– Вчера был отвратительный просто день, всё сыпалось из рук.

Разбила телефон, попала в аварию, наткнулась на одержимого, который попытался меня убить. Хотя не могу сказать, что сегодняшний день лучше.

– Забавно… – ошарашенно ответил я. – У меня вчерашний день прошёл примерно так же.

И в этот момент я вдруг вспомнил слова Карачуна. Дикая Охота!

– Я знаю, как нам выбраться!

– Что?! – Катарина бросила на меня отчаянный взгляд. – Как?!

– Зажигалка! – я едва не плясал от счастья. – Сегодня Дикая Охота! Мы вызовем её и возглавим! – внезапно худший новогодний подарок стал лучшим в мире – он нёс в себе наше спасение и свободу.

Дикую Охоту вызывают огнём.

– У нас нет силы…

– Не важно! Дикую Охоту может возглавить и смертный, если ему хватит духу. Просто повторяй за мной.

Я зажёг огонёк, наши руки сомкнулись вокруг.

– Слушай дыхание бога, внимай столкновению душ, мы стоим у порога, мёртвое порушь. Слушай хлопанье крыльев, внимай Гвин ап Нудд, Дикой Охоте посильно, дань свою соберут!

Катарина послушно вторила мне, и едва она договорила последнее слово, как огонёк зажигалки взвился почти до потолка и погас.

В коридоре тоже погас свет, раздался нарастающий грохот. Меня накрыла волна первобытного ужаса, но одновременно – и такого же дикого, необузданного восторга.

Я призвал Дикую Охоту! Она грядёт!

Глава 2

Грохот стоял такой, что я не слышал Катарину, хотя рот она точно открывала. Наконец в наш крошечный карцер частично ворвались кони.