Из Яви в Навь за любовью

Время от времени кто-то из нас спотыкался, и только дружеская поддержка не позволяла упасть. Очень хотелось пить.

– Не раздеваться! – велел Кир, когда я попытался снять не только куртку, но и футболку. – Сгоришь моментально.

Он был прав, конечно, но мне уже было всё равно… А вдруг мы в самом центре огромной пустыни? Сможем ли мы выйти?

Кир заставил нас с Каей взять в рот камушки. Так и правда стало немножечко легче, но надолго ли?

К счастью, стало темнеть раньше, чем мы успели совсем потерять силы. К несчастью, стемнело настолько быстро и сильно, что мы едва различали друг друга.

Я щёлкнул зажигалкой, но развести костёр было просто не из чего.

– Ляжем и обнимемся, – велел Кир. – Оружие держим под рукой. Главное, не расходиться!

Я почти не сомневался, что на нас нападут ночью. Наверняка пустыня обманчива – и полна тварей, которые знают, и где спрятаться, и где добыть воды. А мы станем очередным полуночным обедом…

В ответ на мои мысли в стороне кто-то завыл.

– Странно, – вдруг произнесла Кая.

– Я не чую волков, а вой – волчий.

– Всё тут странно, – сдавленно отозвался Кир. – Это какая-то неправильная пустыня, будто…

– …придуманная, – закончил я за него. – Мне кажется, это мои мысли, мои идеи.

Около меня внезапно заплескала вода, стало светлее, над водой появились светлячки, вышла луна, засияли звёзды. Картинка давила ложной пасторалью, я почти не сомневался, что обернусь и увижу домики, дым из труб и даже услышу лай собак. Но какое-то чувство не позволяло мне отвести взгляда от воды, около которой мы оказались.

Очень хотелось пить, но я понимал, что сунуть в эту воду руку может только самоубийца.

– Ну что там?! – нетерпеливо спросила Кая. – Что происходит?

– Появилась вода, то ли озерцо, то ли речная заводь. Тишина, благодать, – тихонько прокомментировал Кир. Как и я, он не торопился совать туда руки или пытаться напиться.

– Попить не выйдет, да? – с грустью спросила Кая, а я, замерев, смотрел на всплывающее лицо. Череп, обтянутый зеленоватой кожей, волосы длинные, полные колтунов, глазки-бельма даже без зрачков прекрасно нас видят и полны дичайшей ненависти.

Огромный мясистый нос и растянутые тонкие губы, демонстрирующие невероятный набор тонких и длинных зубов, завершали картину.

Тварь зашипела, приподнимаясь над водой. В одной руке она держала человеческий череп, во второй – острозаточенную крупную кость.

– Кир, ты видишь тоже, что и я? – спросил я, готовясь к атаке.