Обжигающий след 1. Колдун

– Филипп поклонился, сняв с головы цилиндр. «Небесные» глаза засияли.

Тиса поздоровалась.

 – Прошу меня великодушно простить за столь ранний визит. Но я только сегодня смог быть в ваших краях.

Ничего непонятно...

– Вы, наверное, хотите видеть отца? – догадалась она. – Он сейчас занят, но скоро освободится.

– Нет-нет, – улыбнулся вэйн. Ветерок раздул синие пряди над его лбом. – Я приехал к вам.

 – Ко мне? – девушка широко распахнула глаза.

Вокруг один за другим, словно муравьи на сахар, начали сбегаться зеваки.

Колдун скосил глаза на двери корпуса, и Тиса вспомнила о долге хозяйки:

– Давайте пройдем в гостиную. Прошу.

Пока они поднимались на крыльцо, девушка слышала каждый скрип старых ступеней, видела каждый шматок сухой грязи на них. Двери в дом вдруг показались ей настолько обшарпанными, что можно сгореть от стыда. Гостиная вызвала не менее удручающее впечатление – сразу стало заметно, что на креслах и диванчике выцвела обивка, дубовый столик накренился на один бок, и белая скатерть с рядом мережки по краю только подчеркивала это.

На подоконнике рассыпана земля вокруг цветочных горшков. Вся гостиная из уютного местечка, каким хозяйка ее всегда считала, неожиданно превратилась в комнату позора. Тиса поджала губы, почувствовав недовольство собой. Почему она стыдится своего жилища?

Девушка подняла подбородок, может, чуточку выше положенного.

– Располагайтесь. Не желаете ли чаю? – чопорно предложила она.

– Да, спасибо, – вэйн вольготно расселся на диване.

Похоже, он не торопился.

Тиса пожалела, что позвала Камиллу. Что творилось с кухаркой, когда она увидела гостя! К чести Филиппа надо сказать, он стойко вынес многословность женщины, желающей угодить. А это совсем не просто. Камилла накрыла чайный столик с невиданной для нее скоростью. Тиса слышала, как она погоняла Василя на кухне, чтобы тот быстрей шевелился. Потом услышала и голос шкалуша – явился пропащий, не запылился.

– Вот, откушайте мои блинчики с черникой, милости просим, уважаемый вэйн Филипп Дронович.

– О, благодарю. Для вас просто – Филипп.

«Ну не душка?» Кухарка расплылась в улыбке, того и гляди бухнется в ноги. Когда она удалилась, девушка села в кресло.

– Простите. Но я в совершенной растерянности и не могу понять, чем я обязана такому приятному визиту, – выдавила она вежливую улыбку.

«Если я сломаю язык, прошу во всем винить этикет».

Филипп не торопился с ответом.