Не всему верь что знаешь

Вот и получалось, что хотя денег ему его учитель не платил, лишь кормил и давал кров над головой, но зато Дархан не висел на шее у родителей, силы которых от тяжелого труда в попытках заработать деньги на излечение дочери-инвалида были ко времени его взросления значительно подорваны.

Конечно, не бывает такого, чтобы чей-то мозг, будучи от природы умным, не пытался никак себя проявлять. Проживая у шамана, Дархан старался постичь не только то, что тот демонстрировал, но и то, что тот прятал; он хотел понять саму суть общения учителя с духами.

Увы, он улавливал только обрывки нужных ему умений. Спрашивать же было бесполезно – черного шамана любознательность его ученика лишь сердила, а тупое выполнение его указаний вполне устраивало.

Занятый мыслями о том, как бы помочь сестренке снова начать ходить и вернуть здоровье родителям, Дархан считал это нормальным. Однако когда шаман уезжал или уходил, оставляя его домовничать, он пытался копировать жесты и даже походку своего учителя и вообще старался подражать тому во всем.

Он изучал людей, которые приходили к шаману за помощью, вникал в их просьбы, старался понять характеры. И долго не подозревал, как выглядит его работа у шамана для тех, кто не был бурятом и не разделял веры в столбы сэргэ с лентами. Не подозревал, пока не подслушал однажды разговор продавцов на одном из Иркутских рынков, где его назвали припадочным дурачком, которого шаман держит у себя из милости.

Нечего даже и говорить, насколько это было бы оскорбительно для любого парня.

Для любого, но не для Дархана, который помнил про свою шаманскую болезнь, которая должна была исчезнуть после того, как он пройдет посвящение хотя бы на первую ступень. Но пока такое посвящение не состоялось, то в людском мнении о нем была некоторая справедливость. И Дархан смирял свое самолюбие, считая себя и впрямь неполноценным.

И вдруг… встреча с Сильвией все перевернула. Оказалось, что он у шамана не из милости, и что наоборот, очень тому зачем-то нужен.

Так нужен, что его от шамана хотят забрать и ради этого готовы пойти на огромные расходы. Конечно, если бы Дархан любил своего учителя или хотя бы испытывал к нему симпатию, он бы не согласился на посулы странной девицы, для которой святые места Ольхона были землей, которую следовало избегать.

Но учителя своего Дархан лишь боялся, и не больше. А странная туристка обещала за его исчезновение сумму денег, которая махом решала все финансовые проблемы их семьи.