Не всему верь что знаешь

Но он не был бы черным шаманом, если бы он не обладал хитростью и умением ускользать от слежки. Поэтому и Дархан с Саруул, и их хозяйка разработали несколько вариантов того, как они поступят в случае, если что-то пойдет иначе, чем они планировали.

Самым слабым звеном во всей схеме была Саруул, но она поклялась отныне и до самого появления шамана из больнички не выходить ни под каким предлогом и вообще сидеть безвылазно в своей палате за запертой дверью, если оставалась одна.

– Ты же не хочешь, чтобы твоего брата из-за тебя убили? – прямо сказала ей Александра Марковна.

– Прояви выдержку, и ты нам с ним сильно поможешь.

Запланированный ей расклад событий был предельно прост: бывшего учителя Дархана следовало как можно быстрее познакомить с его здешней коллегой по ремеслу, то есть со знахаркой Олесей. Ну а поскольку образу следовало соответствовать, то Александра Марковна на другой же день после звонка шамана облачилась в фольклорный наряд. То есть в длинную рубаху из домотканого полотна с вышивкой и синий в мелкий цветочек сарафан на узких лямках, перекрещивавшихся на спине.

Довершали облачение красный фартук, расшитый узорами по краю, и музейного фасона кожаные башмаки на шнуровке. Волосы, стянутые узлом на затылке, широкая разноцветная лента с колтами у висков и бусы из красных слегка обработанных сердоликов делали одежду еще и праздничной. Приманка несомненно была красива на любой, самый изысканный вкус.

Преображение было настолько потрясающим, что не повестись на предлагаемый посетителям медпункта образ мог только слепой.

Дархан слепым не был, и его в конце-концов повело. Но повело как-то странно, ему до дрожи в ногах захотелось повидаться с Сильвией. Теперь она являлась ему во сне каждую ночь, и сны эти были столь четко наполнены эротикой, что его это просто пугало.

То, что ему снилось, было неприлично по любым меркам, и когда черный шаман наконец-то явился, он встретил его с удвоенной радостью: это обозначало не только проверку, действительно и он свободен от влияния этого человека, но и близкий конец любовному наваждению.

Надо было только перетерпеть этот день – кульминационный. Он не сомневался: после окончания спектакля Александра Марковна должна была опять принять облик ходячей статуи, холодной и почти бестелесной. И Дархан шагнул навстречу давно поджидаемому посетителю их затерянного в лесной глубинке уголка.

– Мэндэ-э, учитель! – произнес он почтительно.

– Сайн байна! – отвечал черный шаман.