Не всему верь что знаешь

– Принимай!

Уложив тубу рядом с телом первой жертвы, они развернули ковер и разрезали упаковочную пленку.

– Какая красавица! – восхитилась болотница. – Да как принаряжена-то! Не то, что я – в этаких сапожищах-то… На что они мне теперь? Егорыч, не принес ли бы ты мне лапоточки, что у тебя в вестибюле на стенке висят?

При последних словах лицо ее заострилось, клыки во рту удлинились, а глаза засверкали, словно в них загорелись маленькие фонарики.

– Ты мне Егорыча-то не приманивай, – строго притушила ее пыл Олеся.

– Он для нас человек ценный. Пока к нему на базу ездят местные начальственные тузы, мы будем считаться рекреационной зоной, и никто шевелить нас не станет, полный для всех ажур продолжится. А вот если люди у тебя на болоте пропадать начнут…

– Да поняла я, поняла! Ковер подарите?

– Зачем он тебе?

– Ну как же? Я его на дне постелю, под мох подтяну, и своих новых подружек рядышком с собой уложу. Все втроем уберемся! Жаль, что ты их разбудить не можешь! Вот бы нам весело было!

– Нельзя сейчас.

Надо чтобы они годов с десяток в болотине полежали, соком багульника да белокрыльника пропитались и в сфагнуме бы понежились. Чтобы тела их консервации подверглись. Кстати, и тебе не худо бы процедуры продолжить. Сфагнум отменно ревматизм пользует.

– Поняла я, поняла! Я им под головы подушки из мха подложу и от рыб да лягушек оберегать стану… Кладите их на ковер… Э-эх!

Бывшая баба Клава, а отныне болотница ловко подтянула ковер к самому краю топи и впрыгнув на него прямо поверх двух неподвижных тел, стремительно погрузилась вместе с ними в покрытую ряской трясину.

Глава 2

Глава 2

– Какая рыба в болоте? – успел вдогонку ей буркнуть Лев Егорович, и в голосе его прозвучало столько недоумения, что хватило бы на весь коллектив базы отдыха, им возглавляемой.

Он обернулся к своим спутницам и только теперь заметил, что их ступни все это время углублялись в мох совсем незначительно и не сминали его, вопреки тому, что его-то ноги оставляли после себя следы, полные воды.

– Значит, вы русалки? – вымолвил он устало. – А я думал, что ты знахарка… народная медицина…

– Так и есть, Егорыч, для всех я лишь лекарка. Но ты не беспокойся: бизнесу твоему ничего не угрожает, если ты язык не распустишь. Убийцу твоего по закону наказать невозможно, но он осквернил нашу территорию, и лес ему этого не простит.