Элизиум

С волосами возиться особо не стала – сделала обычный тугой хвост, и направилась к выходу.

Осберт терпеливо ждал меня возле небольшого деревца, облокотившись спиной на него. Я хлопнула дверью, и парень тут же выпрямился, повернул голову в мою сторону.

– Я готова, – сказала я.

– Отлично, – хмуро произнёс он. – Идём.

– Куда, Осберт? – с недоумением спросила я.

Парень нахмурился ещё сильнее, а затем глубоко вздохнул, прикрывая глаза.

– Дейзи, ты ведь точно не пила зелье?

– То-о-очно, – протяжно ответила я, не понимая, к чему был этот вопрос.

– По возвращении домой сразу же легла спать. Я была слишком уставшей, – рассказываю ему. – А что?

– Ясно, – сказал парень. – Это он, – процедил Осберт. – Пошли.

Он схватил меня за руку и поволок в неизвестном направлении.

– Ты о ком, Осберт? Кто «он»? И куда ты меня ведёшь? – пристала я с вопросами, но юноша так ничего не ответил.

Всю дорогу мы молчали, пока не дошли до знакомого мне здания. Именно там я впервые столкнулась с высокомерным молодым чародеем, давший этот пузырёк.

Но зачем Осберт привёл нас сюда?

Зайдя внутрь, нас поприветствовала толпа молодых девиц, которых я видела впервые, но судя по тому, что Осберт им отвечал на приветствия, он знал каждую из них.

– Вы к Хорасу? – к нам подошла одна из девиц с растрёпанными тёмно-русыми волосами. Вид у неё был, конечно, вызывающий: красная помада размазана по нижней части лица, бретели бордового короткого платья с рюшами сползли, оголяя её плечи и грудь, шея и ключицы были в засосах.

– Он у себя в кабинете, – удаляясь прочь, произнесла она слащавым голосом. Осберт поблагодарил её, и направился дальше по коридору.

– Кто она? – решила полюбопытствовать я.

– Койот, – ответил Осберт. – Наталия её зовут. Достаточно… любвеобильна.

Ага, оно и видно.

– Года два назад прибыла вЭлизиум, и уже успела многих мужчин очаровать, – добавил он.

– И тебя тоже? – изогнув бровь, спросила я.

– Нет, – отрезал Осберт, прибавив шаг.

Я и не заметила, как мы уже оказались возле кабинета чародея. Осберт постучался и, не дожидаясь ответа, распахнул дверь, словно в пустоту. Внутри было темнее, чем вчера.

– Хорас! – крикнул Осберт во тьму. – Что ты себе позволяешь?!

Осберт так зол, что мне самой стало страшно.

– Что? Ты о чём? – голос Хораса звучал слишком убито: то ли от усталости, то ли после попойки. Насчёт последнего я не удивилась особо.