Элизиум

– Что стряслось у вас с Осбертом?

Я глубоко вздыхаю, и вкратце рассказываю ей, что произошло между нами.

– В общем, много лишнего ему наговорила и сбежала, – говорю я.

В это время к нам возвратился Густав с деревянным подносом, на котором было три чашки, металлический чайничек, целый ягодный пирог и три тарелочки со столовыми приборами.

– Ура! Пирог! Подавай его скорее, Густав, – радостно воскликнула Мина, стуча ладошками об стол.

Терпеливый супруг подал пирог с чаем сначала Мине, чтобы она утихомирилась, затем поставил чашку и тарелку с угощением передо мной, и только потом себе.

Густав молча присел рядом с женой, и приступил к трапезе.

– Ну и ну, Дейзи, – с набитым ртом сказала Мина.

– Да, я знаю, что поступила как последняя дрянь, – тараторю в попытках оправдаться, – но… – осеклась я. – Что я натворила? Осберт теперь видеть меня после такого не захочет, – на глаза наворачиваются слёзы.

Мне действительно так был важен Осберт? Или чувство вины терзает мою душу? А может быть, я по нему тоскую?

– Не переживай, Дейзи, – ровно сказал Густав.

– Осберт добр, он поймёт, – мужчина попытался меня утешить, но его слова мало помогали. – Тем более ты много значишь для него.

Я мотаю головой.

– Позволь своему сердцу открыться, – произнёс Густав, отламывая вилкой маленький кусочек пирога, – и не терзай себя.

– Густав дело говорит, – поддержала мужа Мина.

– Я не знаю, – бубню себе под нос, ковыряя вилкой ягоды. – Он не простит меня. Я бы не простила.

– Ох, Дейзи, – вздыхает девушка, а Густав нацелил на меня суровый взгляд. Мне кажется, я что-то не то сказала.

Мужчина кашлянул.

– Здесь тебе не мир живых, Дейзи. У душ, вроде нас, есть понимание и умение прощать ближнего своего. Я знаю, о чём говорю.

– А вот о Хорасе такого не скажешь, – буркнула я. К чему вообще решила упомянуть его?

Лицо Густава неожиданно скривилось.

– Хорас… Хорас достаточно специфичен. Точнее, его методы, – он буквально выплёвывал каждое слово о чародее.

– На него возложена большая ответственность. Собственно, а он-то здесь при чём? Попала в немилость?

– Угу, – мямлю я. – С первого же дня невзлюбил, хотя ничего не сделала ему.

– Ты здесь не единственная, к кому он так предвзято относится, – сказал он так, будто это должно было меня успокоить. – Но верь мне, лучше уж так, чем…

Мужчина не прервался.

– Чем остаться у разбитого корыта с разбитым сердцем, – продолжила Мина его фразу.