Легенда Изумрудного моря

Я тебе по секрету скажу… – с восторгом в глазах гость заговорщицки подался ближе наклонившись, отчего кресло под тем испустило протяжный скрипучий вопль,

– Даже если бы не недавняя болезнь острова, то Его непревзойдённости оставалось бы не более пяти лет. Доктора порой очень убедительны в своих назначениях лекарств, особенно если в кармане похрустывают купюры.

Мадлен сжалась как струна, поражённая словами человека, что никогда её не поводил, всегда с крепким дружеским плечом приходил на помощь, являлся лучшим дядей для своей племянницы, примерным братом и прежде не высказывавший ни единого гнусного слова в сторону своей семьи.

Ловя моменты, когда гость отвлекался, погружаясь глубже в воспоминания или мечты, блондинка шарила глазами по комнате ища спасительные инструменты, но ей попросту бы не хватило времени на совершение самозащиты или осуществления худшего варианта. Лишь обманная тень в слегка видимом коридоре иллюзорно мелькала от пламеней свеч давая мнимую надежду на спасение. Джима вновь захватил сухой надрывной кашель, отчего тот на миг превратился в пунцовую зарю.

– И наконец мои бесконечные провалы в итоге увенчались успехом, а помощь пришла оттуда, откуда совсем и не ожидал! Вот так счастье, верно? Ах, да! Наша смелая девочка тебе, я так понял, ничего и не рассказала? Люди погибали от воды поступаемой с моря. Что-то в один миг пошло не так и вся вода Гиллерии оказалась отравлена, но подключив нужных людей, проведя несколько успешных ситуаций на которые меня натолкнул в общих размышлениях Мартин, сделал вывод… Жители, которые кипятят воду – живы и здоровы, тем самым пройдя термообработку заражённая живительная влага является пригодной для потребления.

Безусловно с тем, кто сделал предположение я не поделился успехом. Небольшой проблемой первостепенно стало то, что во дворце пристально следят за питанием и чистотой пищи. Подговорив некоторых не особо болтливых, но знающих цену деньгам слуг на то, чтобы королю вместо прежде подаваемой на стол воды ставили стакан с желаемым содержимом – благополучно исполнялось.

– Он твой брат… ты видел как он умирает и неужели не было той крошечной искры, что бы дрогнула в твоём сердце? – лихорадочно дрожащие руки хаотично вытирали солёные дорожки на щеках.

В ответ раздался сиплый смех. Подняв очки, Джим Муар полностью протёр потное лицо.

– Пора заканчивать. Хотелось бы, конечно, сказать тебе больше, например, как отважно держался за жизнь отец Йонга.