Легенда о Колесе Фортуны

Вокруг не было ни души.

Невидимая ниточка, источая родной аромат, звала меня всё выше и выше. Я уже сбился со счёта, сколько лестничных пролётов, переходов и коридоров остались позади. Я чувствовал, что уже очень близок к цели.

В очередном коридоре, помимо далёкого гула, мой слух уловил ещё и шелест песка. Того же песка, который тут повсюду. Я замер, задержал дыхание, вглядываясь в освещённое фонарём пространство. Здесь никого, так же, как и на всём моём пути, но быстро я разглядел плавное, но резвое движение на полу, у самых моих ног.

То были сотни тонких песчаных струек, стекающихся ручейками в причудливую паутину.

И затем, слишком внезапно, живой песок устремился по моим сапогам вверх. Схватил за ноги, крепче, чем обвивается змея.

Что есть силы, я вырвал ступни из зыбучих песков и бросился дальше по коридору, надеясь преодолеть его прежде, чем завязну в ловушке. И это получилось – подозрительно легко. Песок потянулся за мной, но дальше незримого барьера вырваться не сумел.

Я оставил комнату позади и уже готовился двинуться дальше… но неугомонный песок всё не желал успокаиваться. Всё шелестел и шуршал, перетекая сам в себя.

И каково же было моё удивление, когда оказалось, что это весь песок стекается сюда со ступеней и из щелей в стенах. Собиралось его всё больше и больше. Вот он потянулся вверх, свился сперва в плеть, затем в ствол дерева, после – в колонну. Обрел очертания, мощные, крепкие, и несколько протяжных выступов, на тех местах, где у людей руки.

Голем.

Но… как? Здесь, в пике затишья?!

Спросить, как такое возможно, не у кого; зато есть куда бежать!

Я бросился наутёк, забыв об усталости после стольких пройденных ступеней вверх. О големах ходили легенды, гравюры с ними встречались в древних трактатах, про них снились кошмары. Но мало кто видел их. Меньшие могли о подобной встрече поведать.

Но среди баек, россказней и невообразимых описаний, одно было очевидно всегда – ни океан, ни пустыня, ни вулкан не сотворят с тобой то, что сможет живая махина весом с четырёх верблюдов.

Страж – единственный, кто наполнял эту башню грохотом. Пускай и состоял он из песка, но движение его то и дело сопровождалось стуком и вибрацией стен. То ли вместе с песком в его тело затянуло камни из кладки, то ли с такой мощью он сносил стены обители своих создателей.

Очередной лестничный пролёт вывел меня в обширную залу – целая площадь Алегмы могла бы вольготно разместиться здесь.