Пламенный цветок

И пока Маркус хлопотал, загруженный очередными капризами принцессы, Филипп так и сидел на каменном стуле, взирая на игру пламени в камине. Рениса тщетно пыталась поймать его взгляд, Данье будто бы нарочно вознамерился не замечать её. И это у него выходило крайне успешно.

Вот и сейчас, пока Маркус крутился возле камина, варя в котелке снотворное зелье, Филипп смотрел куда-то поверх головы лекаря демонов на потрескивающие искры, летящие от пересушенной древесины. Рениса откровенно сверлила его взглядом, но полукровка упорно ничего не замечал.

Тягостное молчание, спустившееся на комнату, только ещё больше злило. Он ведь говорил, что может слышать её мысли, так почему ведёт себя так, будто Ренисы просто не существует? Она сделала нелепую попытку начать разговор, надеясь обратить на себя внимание:

— Принцесса совсем извелась, бедняжка. Мне кажется, если в Храме снова появятся какие-то чудовища, она не сможет справиться…

Рениса нарочно подняла тему принцессы, надеясь увидеть хоть какую-то реакцию, но вновь прогадала.

Филипп даже бровью не повёл, тогда как Маркус охотно вступил в разговор:

— Никто и не ждёт от Её Высочества храбрости и отваги, для этого у неё есть вы и я.

Рениса с недоумением воззрилась на лекаря демонов.

— Вы ведь умеете внушать чувства и мысли. Вот и попробуйте вашим даром успокоить принцессу.

«Если бы это было возможно!» — мысленно выругалась Рениса, понимая, что пока злость и ревность не перестанут разъедать всё её существование, ей повлиять на Торину никак не удастся.

И с этим уже что-то надо было делать!

«Дура! — укоряла себя Рениса. — На что я обижаюсь? С чего я вообще решила, что у него какая-то ко мне привязанность?! Он никогда ничего мне не говорил. А тот поцелуй… всего лишь сон!»

Однако доводы рассудка оказались бессильны перед бушевавшими чувствами. Ей неистово хотелось подойти к Филиппу, встать напротив и прямо в лоб спросить, отчего он вдруг стал избегать её. И лишь остатки гордости удержали от подобной глупости. Выяснять отношения столь грубым способом, да ещё и на глазах лекаря демонов было уже слишком.

Пусть она разгневана и смертельно обижена, а сердца пылали от ревности и негодования, всё же опускаться до истерик совершенно неприемлемо. В конце концов, закатанные сцены и скандалы ещё никому не приносили ничего хорошего, и неудавшаяся личная жизнь её несдержанной матушки служила тому подтверждением. Именно поэтому Рениса покинула комнату, как ни в чём не бывало, несмотря на клокочущую бурю внутри.