Пламенный цветок

Она никогда бы не подумала, что призрачный голубоватый свет Онио мог показаться настолько жестоким и страшным в глазах древних жителей южного континента! Время этой луны на Линке считалось прекрасно подходящим для романтических свиданий и таинственных встреч.

— Чаще всего на небосклоне, как и сейчас, можно было увидеть лишь две луны, — продолжал Филипп. — Дневной Янгос встречался с Ёно на закате и с Ерой на рассвете, но однажды красный лик задержался на всю ночь, и произошло слияние. Свет разных лун смешался и пролился на гладь большого озера, наделив его воды невероятной силой.

Все, кому доводилось испить из него, получали способность менять свой облик. Но странная магия действовала на всех по-разному. Одни с легкостью подчиняли себе звериные сущности и развлекались частыми сменами облика, другие же надолго застревали в теле животного и только свет лун помогал им вернуть себе человеческий облик. Это отличие породило разделение на волшебников-метаморфов и оборотней. Зависть и злость последних привела к тому, что озверевшие оборотни начали нападать на более успешных собратьев. Ожесточённые стычки едва не переросли в кровавую безумную бойню, если бы один из талантливейших волшебников по имени Гайю не решился отыскать Трёхликое божество и сойтись с ним в великой битве. Легенды твердят, что он сражался с ним несколько дней и ночей, в ходе которых земля ходила ходуном, а небо сверкало от молний. Отчего полуостров, где находилось озеро, оторвался от южных земель, став полноценным островом. Воды опасного источника ушли под землю, а на их месте Гайю воздвиг Храм, в который и заточил коварного Ю и все его лики. После этой оглушительной победы оборотни смогли контролировать своё обличие, за исключением одной единственной ночи — полнолуния алого Янгоса. То была единственная уступка Трёхликому.

Время волшебников давно ушло, и Торине оставалось только недоумевать, как какому-то смертному удалось победить бога, да ещё и заставить его выполнять свои требования. Она даже вздрогнула от крамольной мысли, что кто-то мог захотеть расквитаться с милым и прекрасным Виром.

Ведь случалось же такое, когда у кого-то погибал урожай, или от хвори помирала скотина, или же, как у её матери, так и не смог родиться сын, значит ли это, что во всём повинен только цветочный бог? Вир дал им плодородные поля, богатые дичью леса, и наполненные рыбой реки и море, но, чтобы вырастить урожай или поймать зверя всё же нужно приложить усилия, а не ждать от божества, чтобы он сделал всю работу.