Предначертанная луной

— Вам стоит стереть остатки крови, — тихо произнесла Юфемия, опуская взгляд и не осмеливаясь больше смотреть вампирше в лицо.

Арата лишь хмыкнула и, поймав ладонью крупные дождевые капли, растёрла остатки кровавой трапезы по бледной коже.

Остановившись у борта, им пришлось в последний раз напрячься и приподнять тяжёлое тело. У Юфемии тряслись руки от напряжения и непривычной физической нагрузки. К счастью, Арата оказалась куда более проворной и выносливой. Она практически в одиночку затащила труп на толстые перила и столкнула тело в воду.

Всплеск воды потонул в монотонном гуле свирепеющего зимнего дождя. Колючие холодные струи потекли за шиворот, жестко хлестая по щекам. Ветер усиливался, заставляя противно скрипеть старые мачты. Больше всего Юфемии хотелось просто закрыть глаза и проснуться в собственных покоях. Всё происходящее казалось ей совершенно диким и нереальным. Но даже после того, как Юфемия зажмурилась и ущипнула себя, ничего так и не изменилось. Она всё ещё стояла под проливным дождём на палубе брига, а напротив, хищно ощерив клыки, находилась вампирша.

— А вы не так уж слабы и беспомощны, как показалось на первый взгляд, Ваше Высочество! — с насмешкой заявила она, а затем, подхватывая Юфемию за талию, потянула за собой и добавила: — Думаю, мы и в самом деле поладим…

Принцесса покорно подчинилась, позволяя вампирше отвести её в каюту, и, только вновь оказавшись в койке, с ужасом осознала, насколько опасен оказался тот путь, на который она вступила.

«Надеюсь, ты не переоценила меня, матушка!» — дрожа под тонким одеялом, подумала Юфемия и в бессилии закрыла глаза.

Глава II. Колючий шиповник

Ю, резиденция правителей, серп растущего Янгоса

Этот бал без сомнения претендовал стать самым грандиозным со времён Последней Войны Драконов. Если слухи не врали, в резиденцию съехались несколько сотен девушек из всех возможных кланов, а так же дочери всех вельмож и даже уважаемых торговцев.

— Поверить не могу, что ты так популярен, братец! — Марианна — смуглый миловидный подросток, всё ещё вынужденная носить детские платья — тряхнула выбившимися из причёски блестящими чёрными локонами и поморщилась, наблюдая за тем, как подъезжают к главному входу бесчисленные дорогие экипажи, роскошные кареты и повозки всех мастей.

Марселу нахмурил брови. Слова сестры всерьёз беспокоили: он и сам не ожидал такого ажиотажа.