Предначертанная луной

— Просто, если это сделаю я — отец точно меня выпорет! Но ты… У тебя совсем другое положение! Невест трогать нельзя, а то, что они могут устраивать между собой разборки — так это же обычное дело! Маменька в своё время чуть волосы одной из местных дам все не выдрала, и ничего, теперь жена правителя!

Вот же хитрая чертовка! Лоубэлика покачала головой.

— Извини, сестрица, но я в такие игры не играю! Строить козни — это лисье дело, а в моём клане принято, чтобы всякая битва была честной, и не важно, на мечах она или любовная!

— Ты, что же, трусишь? — На лице девчушки появилась недовольная гримаса.

— Нет! Но действовать исподтишка не буду! — твёрдо огласила Лоубэлика.

— Ну и зря! — топнув от негодования ножкой, воскликнула Марианна. — Будь уверена, рыжая стерва тебя жалеть не станет! Если не сама расквитается, так подставит, что и не выкрутишься! Думаешь, она сейчас, как ты, вещички в шкафу перебирает? Вот уж баста! Наверняка каверзу тебе на утро готовит!

Но как бы ни были красноречивы запальчивые слова Марианны, Лоубэлика оставалась непреклонной.

Несмотря на все обещанные ужасы, она чувствовала, что тут никак не обошлось без личной мести, и девчушка страстно желала отыграться на старой знакомой чужими руками. К счастью, говорить это напрямую всё же не пришлось, раздосадованная Марианна надула губки, как обиженный ребёнок, и исчезла за окном так же стремительно, как и появилась. Оставшись в одиночестве, Лоубэлика осознала, что ужасно устала. Трёхдневный поход и новая обстановка утомили её. И всё же, не изменяя себе, она положила под подушку любимый меч и только затем легла спать.

*Присцилла — телохранительница несовершеннолетних наследников Ю. Раньше заботилась о Марселу, но после его инициации занимается только Марианной.

***

Спала Лоубэлика чутко и неспокойно. Мягкая кровать и царившая вокруг тишина настораживали. Лоубэлике чудился какой-то подвох, но она никак не могла разобраться, в чём же дело. То ли виновата незнакомая обстановка, то ли встревожили слова Марианны о кознях конкурентки.

Вскочив на рассвете, Лоубэлика всё ещё ощущала в теле неприятную нервозность. Она знала лишь один способ снять напряжение, потому выбрав самое непритязательное из выданных ей платьев — простого прямого фасона, без лишних юбок и оборок, направилась в сад на тренировку. Подобно преступнику Лоубэлика избегала постов стражи: отвлекаться на оправдания совсем не хотелось.