Предначертанная луной

— Не волнуйся, Юфи, — прижав её к себе покрепче, с нежностью в голосе попросила леди Эрэль. — Пока мне есть, что им предложить, моей жизни ничего не угрожает! Но знай, моему сердцу будет куда спокойнее, если ты окажешься под защитой юного эр-хота, потому не смотри на уловки свысока. Ни одной твоей конкурентке не грозит смертельная опасность в случае поражения, так что забудь о благородстве и честной борьбе. Не подведи меня!

— Я буду стараться! — уже не сдерживая слёзы, пообещала Юфемия.

Щемящее чувство грядущей разлуки пронзило её, и она оказалась не способна с ним совладать.

Тёплые объятья матери не утешали, а напротив, заставляли ощущать всё острее и болезненнее. Однако леди Эрэль никогда не отличалась особой сентиментальностью и довольно скоро отстранилась.

— А это тебе на удачу, моя дорогая Юфи, — прошептала она на прощанье, и на шею легла холодная цепочка.

Опустив взгляд, Юфемия увидела медальон искусной работы в виде маленькой незабудки. Лепестки были выполнены из тончайшего металла, который на свету переливался всеми оттенками голубого, начиная от почти прозрачного аквамарина и заканчивая тёмной бирюзой.

— Храни его, как память обо мне, — попросила матушка, после чего спешно направилась к окну.

Последнее, что увидела Юфемия, был силуэт матери, исчезающий за портьерами. Когда принцесса подбежала к окну, леди Эрэль уже пропала из виду. Юфемия тяжело вздохнула, сожалея, что у матери слишком много секретов. Та же непостижимая магия, которую, увы, ей не довелось унаследовать.

«Возможно, я и в самом деле напрасно о ней волнуюсь», — подумала Юфемия, скользя взглядом по опустевшему дворцовому саду и сжимая в ладони материнский подарок.

Так и не увидев следов матери, она устремила свой взор к потемневшим к зиме водам Клыкастого пролива. До заката оставалось всего несколько часов.

***

Король Чесмик явно поскупился с отправкой принцессы. В порту Юфемию ждал скромный бриг. Колючий северный ветер раздувал чёрные паруса и выведенные на них кровавой краской скрещенные молоты — фамильный герб бэрлокской королевской семьи.

Кроме усиленного отряда стражников и старой служанки, принцессу никто не провожал. Напрасно Юфемия ждала появления матушки или какого-то посланника от неё. Стража довольно бесцеремонно поторапливала процессию, словно мечтала избавиться от принцессы, и так же спешно растворилась, едва был поднят трап. Юфемия не успела даже проводить взглядом виднеющийся на горизонте дворец, как к ней подошёл невзрачный молчаливый худощавый матрос.