Прощальный танец

Среди них были маркиз Маттин, талантливый оружейник, благодаря которому армия разжилась катапультами, баллистами и стенобитными орудиями, и барон Харф, чья семья занималась добычей вампирского камня — главным козырем в грядущей войне. Ариат всегда считал, что технологии обработки давно утеряны. Во всяком случае, ни в одной из книг в богатых вампирских клановых библиотеках он не находил записей о работе над этим странным металлом. Но, что успели позабыть вампиры, внезапно сохранилось у эльфов.

— Его обрабатывали наги, — сообщила леди Эрэль.

— Это были особые кузнецы и ювелиры, которые служили Тёмному культу. Если слухи верны, сейчас его возродили, а ты, насколько мне известно, знаком с их новым царём.

Вот уж чего Ариат никак не ожидал в своей жизни, так это новой встречи с Дюланом. Но то ли тьму всегда тянуло к тьме, то ли узор, создаваемый Яриной, оказался сплетён слишком хитроумно.

Портал в Тёмное царство выглядел устрашающе. Это было тесное, узкое пространство, выложенное чёрным холодным камнем. Длинные тонкие стены тянулись к мрачному, затянутому грозовыми тучами небу, и, оказавшись внутри, невольно возникало чувство, будто угодил в глубокий колодец.

Ариат, так и не найдя двери, сменил облик и вылетел навстречу собирающимся к дождю небесам. Воздух был невероятно плотным и тяжёлым. Каждый взмах крыльев давался с большим трудом, и, несмотря на огромные усилия, никак не удавалось набрать высоту. Ариат трепыхался, подобно намокшему воробью, где-то на уровне первого этажа, впрочем, не решаясь перейти на шаг.

Город был мрачен и неприветлив. Хмурые здания, выстроенные все, как один, из чёрного с красными прожилками, похожими на кровавые подтёки, камня, грузно нависали над выложенной гранитом дорогой, которая, подобно горной тропе вилась в темнеющую даль. Порой расстояние становилось настолько узким, что дома почти смыкались друг с другом, и, оказавшись между ними, возникало угнетающее чувство, будто эти глыбы вот-вот сожмут в тиски. На улицах оставалось сумрачно даже при свете дня, окна зияли чернотой, а за весь путь Ариат встретил всего двух нагов, да и те мелькнули вдали, сразу же шмыгнув за дверь.

Добравшись до главной площади, он оказался на перепутье. С одной стороны — заставленный строительными лесами восстанавливаемый из руин помпезный дворец с массивными дверями и огромными полукруглыми окнами-арками; с другой — новенькое здание с алым, похожим на чешуйчатую луковицу куполом, хрупкое и ажурное, словно сотканное из паутины и разноцветного стекла.