Прощальный танец

Тот, чью искру ты вернула в мир, помог им сохранить оставшиеся силы и пламя, и так тут появились саламандры и фениксы. Но, увы, их истребили в той войне… — Он снова сделал паузу. Тягостное молчание накрыло комнату, которое ничто и никто не посмел нарушить. Мир будто вовсе лишился звуков, и потому, когда голос демона вновь раздался в этой тишине, сердце Виргуэля нервно дёрнулось, а жрица едва не подпрыгнула на месте. — Не будем о прошлом. Оно давно минуло, и его уже не изменить. Сейчас лучше сосредоточиться на будущем и восстановить то, что некогда удалось спасти.

— А эта кровь… она ведь сохранилась не только у меня? — осторожно поинтересовалась жрица.

— Не волнуйся, ты не одна. Кровь огненнокрылых можно отыскать у многих народов, — успокоил её демон.

Она судорожно выдохнула, и на её напряжённом лице впервые за долгое время появилось подобие улыбки.

— Однако, если так подумать, то, похоже именно эта кровь до сих пор и помогала тебе справиться с твоим захватчиком, — внезапно заметил демон.

— Может, покажешь, как ты в него обращаешься?

Жрица тут же вскочила с кресла и, подхватив зажжённую лампу, засеменила вглубь комнаты. Демон следовал за ней по пятам, пока они оба не остановились напротив огромного зеркала в чёрной кованой оправе, от которого так и веяло тьмой и чем-то тяжёлым и удушающим. Однако уставившись в него, Виргуэль не увидел своего отражения, только какие-то смутные похожие на тёмных призраков тени, от лицезрения которых к нему стремительно подступила тошнота.

Он стремительно перевёл взгляд, принявшись изучать необычное плетение витиеватого рисунка оправы. С некоторым трудом в нём угадывались старинные буквы и символы, которыми пользовались когда-то волшебники. Вот только многие были перевёрнуты и выполнены неверно, будто бы с ошибкой. Однако в то, что создатель столь тонкой и искусной работы действительно мог допустить банальную оплошность, верилось с трудом. Куда больше верилось, что всё было сделано нарочно, видимо, желая исказить изначальный смысл, и почему-то даже сама мысль об этом заставляла Виргуэля ощущать ледяные мурашки на своём теле. Похоже, демону подобная идея тоже не пришлась по душе.

Тем временем жрица уже привычным движением уколола себе палец об острый край одного из завитков и тут же прислонила рану к поверхности мутного зеркала. По поверхности тут же змеями побежали кровавые линии. Зеркало очистилось, вот только отразило оно только жрицу, точнее лорда Торика.