Академия. Орхидея для демона

Глаза Кристобальта сверкнули опаловым блеском и я, памятуя, что это означает, буквально открыла в себе второе дыхание: и на ноги встала, даже не шатаясь, и пошла так бодренько, от беды подальше.

Порыв сбежать был первым, я ему и поддалась, каюсь. Правда, не думала, что даст спокойно уйти, но за мной так никто не последовал, и никто меня не окликнул...

Печальненько? Нет, конечно! Надо брести к финишу, там уже, наверное, все разошлись.

Когда я подошла к нашему физруку – кентавру Барию – и открыла рот для объяснений, он махнул рукой, буркнув:

– Знаю всё, – и отвернулся, оставив меня в состоянии полного недоумения.

Что знает? Как это – знает? И о чём он знает? Всё-всё знает?

Я смотрела на получеловека-полуконя и пыталась увидеть в нём ясновидящего. Но нет, никаких подобных потоков я не чувствовала...

Значит, предупредили... Магистр?

Ладно… Мусолить одну и ту же тему долго я не могла никогда, поэтому, просто пожав плечами, только узнала:

– Зачёт?

– Зачёт. Не заставлять же тебя бегать по Тёмной чаще, когда там магистр.

Какие все загадочные, как в сказке...

Как там моя Силька, интересно, сдала свой реферат? Хорошо хоть, физические нагрузки ставили последними по расписанию. Сейчас прямиком в комнату и в душик... Мечта!

Сильки в комнате не было. Не было даже тогда, когда я вернулась из душа, поэтому решила посвятить свободное время любимому ведьминскому занятию – разборкам.

– Подъём! – резко открыла дверцу шкафа и крикнула во весь голос.

– А? Что? Кто? Убивают, что ль, ась? – всклоченный мышь вывалился из шкафа и силился открыть слипающиеся глаза.

А что? Не одному ему нас будить!

– Так, товарищ летучий мышь, готовы к переезду?

– Я? Меня? – сон с Бакстера как рукой сняло, он обнял себя крылышками и жалобно смотрел на меня снизу вверх. – К-к-куда?

– Вот эти все шмотки можешь взять на обустройство нового любовного логова, – выгребала я из шкафа истерзанные вещи и складывала в горы вокруг него.

– Может, не надо? – жалобно пропищал он, смотря на всё возрастающую высоту тряпичных вершин.

– Надо, Бакстер, надо! Мы спать хотим. Это ты ночами гуляешь, а днём спишь, а мы днём учимся, и ночь для нас – святое. А про твоих подружек я вообще молчу!

– Я исправлюсь! – воскликнул он, забравшись на одну из самых высоких гор.

– Я это уже слышала, Бакстер, и не раз!

– Ты же не такая жестокая? – схватился он за сердце.