Пернатым не место во дворце

- Что дочь, что отец! Словно одну мантру учили! - Норис сплюнул кровь на землю, пошел к столбу, встал за отцом и обернул плетью его горло.

- Отец! - крик из самой глубины растерзанного сердца эхом прошелся по лесу.

- Мне все равно, кто скажет, где Огненное сердце - ты или он. Я буду лишь сжимать кольцо, пока душа вашего вождя не выйдет из тела. И этого все равно будет мало за жизнь моего старшего брата, которую вы забрали! За сотни жизней наших людей!

Плеть стала сжиматься на шее отца, и я вскочила с места.

- Норис! Не делай этого! Сердце не материально! Ты его не возьмешь! - заорал Дерек, скидывая полевок то с одной стороны, то с другой, но те тут же липли к нему обратно.

- Судя по твоему лицу, так и есть, - задумавшись, сказал Норис, а потом задрал подбородок вверх: - Зато я могу отомстить за старшего брата!

И тут мужчина с силой затянул плеть на шее отца. Я закричала, вскочила на ноги и побежала к столбу.

Меня перехватили двое полевок. Я кусалась, визжала, билась, как в силках, заливаясь слезами.

- Не-е-е-е-ет! - я встретилась глазами с отцом как раз в тот момент, когда душа покидала тело. И ясно услышала его шепот, что принес ветерок:

- Так было напророчено, Пернатая, не плачь! - сказал Дикий и навсегда закрыл свои мудрые глаза.

"Ты еще заплатишь большую цену за спасение чужака, Пернатая!" - сказала тогда Травница, и от этого предсказания сейчас стало дурно.

Воин разбросал стражу, оттолкнул среднего брата, распорол веревки на столбе и положил отца на землю.

Я вырвалась и присела рядом, с надеждой глядя на Дерека, а губы шептали:

- Спаси его, спаси, Воин, все прощу! Только спаси!

Воин поднял на меня взгляд, и столько всего в нем было, словно он мученическую душу приоткрыл. С болью, муками, чувством вины, любовью, раскаянием, верой в собственные идеалы. Столько всего намешано, что я поняла - мой муж уже не Дерек, но и не Воин.

Но кто он?

Я обратилась к собственному сердцу и поняла - он предатель для меня.

Дерек наклонился к отцу, зажал нос и приоткрыл рот вождя.

- Ты что... - хотела я спросить, когда Воин стал вдыхать отцу воздух через рот, но замолчала.

Воин проделывал это снова и снова, массировал грудь у сердца, но отец так и оставался бездыханным. Шли минуты полнейшей тишины, разбавляемые звуком движений Дерека и моими сдавленными всхлипами. Даже Лесные с Полевками словно застыли.