Коронованные Судьбой

Фир подошла ближе, стараясь переварить услышанное.

— Что ты имеешь в виду? И кто ты вообще?

— Простите, что не представилась, Калистера Мальвия. Я Мирта, но называй меня как хочешь: полукровка, ведьма, птица. — С этими словами Мирта улыбнулась, демонстрируя свои острые, как бритва, клыки. — Я прилетела из Опина. Вооруженная банда устроила поджег цитадели. Король Фарэлт и принц Кристиан Метрис предположительно мертвы. Они сгорели заживо в своих постелях. Другой информацией я не располагаю.

Слова Мирты ударили Фир, будто клинком, остановив подачу кислорода в легкие.

Голова кружилась и в мгновение Фир перестала анализировать происходящее. Страх и гнев поглотили ее в бездну собственных демонов и нереальных мечтаний.

Ее боль становилась осязаемой, глаза застилали слезы. Страх и тьма проглатывали ее. Все восприятие потерялось где-то в глубине сознания.

Острые зубы тьмы захлопнулись над ее головой. Она пыталась кричать, вопить от боли, которая пронзала ее, но у нее не было сил. Не было ни единой эмоции, которую она могла бы выплеснуть во что-то реальное.

Огонь гнева вспыхивал где-то у нее в душе, но демоны его тушили. Снова и снова, как бы Фир ни старалась его разжечь.

Фир падала. Падает в кроличью яму, не надеясь найти пути обратно. Когда-то она читала про такое чувство. Какие-то глупцы называли его безысходностью, но девушка и представить не могла, что когда-то почувствует что-то подобное.

Безысходность оглушающая, душащая и заставляющая терять ее человечность, ее реальность и то, что она когда-то называла собой.

Собрав весь остаток того, что когда-то называла силами, она сорвалась с места и побежала в единственное место, где не было ветра. Не было того ветра, который ей напоминал свободу, которой она еще мгновение назад так гордилась и дорожила.

Закрывшись в трюме, Фир упала на пол. У нее просто не было сил, чтоб сесть. Она медленно вытянула онемевшие от страха ноги и попыталась найти в себе хоть что-то, что заставило бы ее держаться за эту никчёмную жизнь.

Ей было больно. До крика. До ненависти. До самоистязания и до смерти…

Принцесса всегда боялась смерти, считала ее самым простым выходом. Она всегда называла тех, кто совершает самоубийство слабыми и безвольными. Но тогда она не знала, что они чувствовали... Но сейчас, в пустоте собственных мыслей, она не видела ничего лучше, чем просто умереть. Закончить эту боль, которая пожирала ее изнутри. Тьма. Тьма… Она всегда боялась ее.