Искра. Дарованная

Лейлас, светлый эльф, целитель.

Это был самый солнечный поход за всё время. Вертайр не иначе как благословил нас, потому что как иначе объяснить эту дивную встречу?

Новому походу я был безмерно рад, полагаю, как и все мы. Войдя в лес, нас буквально окружили трели птиц и шёпот деревьев. Они подсказывали мне, что рядом Дикие, но я не мог разобрать, где именно. Жаль, что талант раскрывается полностью только после вхождения в род. Ничего. Лучше так, чем…

Как же больно! Додумать не успел — спину прожгло болью, словно Дикий разорвал позвоночник! Эльфийская чувствительность в такие моменты скорее проклятие, нежели благословение.

Как же я был благодарен в тот момент нашим братьям — ассасинам. Именно их скрещенные клинки пришли мне на помощь, словно морской ветер в бурю, сметающий врагов в пучину вод. Сам я в сражении бесполезен, нужен скорее для того, чтобы остальные не выбывали из строя. Моя магия не предназначена для атаки.

На очередном привале я засмотрелся на танец огня — вроде и не назовёшь живым, а так притягивает взор… Говорят, что на три вещи можно смотреть вечно: как горит огонь, как течёт вода и…

Как…она…

В голове стало звонко-пусто, как бывает в поле после грозы в первые минуты. И только спустя время начали заливаться пением птицы, цветы подняли бутоны после гнёта тяжёлых капель. Так и я поднял свою голову и невольно высказал мысль вслух…

Красавица… Длинные волосы цвета первого снега, укрывшего усталую землю мягким одеялом.

Чёрный Волк ссадил её со своей спины и чуть прикрыл собой, показывая, что она под его защитой, но никто из нас не посмел бы ни словом, ни тем более делом задеть девушку.

Но тут наг решил проявить характер, разрушив мою и без того хрупкую атмосферу неземного счастья. Что он делает? От его шипения даже меня бросает в дрожь. Боялся, что девочка испугается, но нет! Она принялась так защищать Чёрного Волка, принёсшего её, что змей пал. В прямом смысле слова.

Эта сцена у всех, кроме действующих лиц вызвала смешинки. Наг, на две головы выше девушки, но это его не спасло. Ну, друг мой, надеюсь, земля тебя мягко приняла в свои объятия! Это тебе за твой не в меру пылкий нрав.

Однако она не хотела видеть его таким — помогла подняться. И начала гладить по голове. О, лесные девы! Помогите мне скрыть смех, ибо он рвётся наружу, как горная река! Как она дотянулась до него? А, он сгорбился.