Лилиан желает удачи

— А со мной всё будет в порядке? Мирэль ведь без сердцевины эээээ… — делаю паузу, думая, как бы помягче сказать, но не нахожу ничего подходящего, — …умирает.

— У тебя изначально не было сердцевины, ты же из другого мира.

— Логично, — расслабленно улыбаюсь я.

В принципе, получается, что я вырастила для Мирэли донорский орган. Это звучит очень сомнительно, но окей.

— А это больно? — спрашиваю. — Забирать сердцевину…

Боли боюсь, но потерпеть готова. Однако, будет лучше, если эта процедура окажется безболезненной.

В целом это не так важно, пока я искренне хочу помочь принцессе. Она такая нежная добрая девушка, от всей души желаю ей счастья. По телу разносится тепло от мысли, что скоро её болезнь пройдет. Да и честно, я рада, что перестану отдавать свою кровь, и мое самочувствие улучшится. Извините, но здоровый эгоизм и забота о себе должны присутствовать у каждого!

— Всё будет в порядке, — улыбается Натаниэль и сжимает моё плечо.

Я киваю и тянусь обнять парня, но меня, как током отбрасывает от него, когда слышу голос в своей голове.

«Ты умрешь, дитя моё, не позволяй забрать сердцевину».

Голос звучный, мелодичный, затрагивающий каждую клеточку тела, но в то же время пугающий из-за сказанных слов.

— Натаниэль, — мой голос звучит непривычно тихо, — а Богиня говорит, что я умру, если отдам сердцевину.

Он хмурится и, сложив руки на груди, спрашивает:

— Ты точно уверена? Это очень странно…

Извините, но когда Божество лично тебе отправило послание, мне кажется, что стоит воспринять эти слова всерьез.

Мне непонятна реакция Натаниэля, неужели он считает, что я его обманываю?! По его лицу можно считать недоверие, и мне хочется просто развернуться и уйти из-за такого отношения.

— Давай не будем ничего делать… — все-таки успокаиваюсь и произношу я.

— Маша, прошу, ради меня, — жалостливо произносит Натаниэль.

— Говорю же, я умру! Почему ты не хочешь поверить мне? Я бы не стала тебя обманывать, ведь я правда хочу помочь принцессе!

И тут наступает тишина. Слышно лишь тяжелое дыхание принца и шорохи двух магов, стоящих позади.

Перевожу взгляд на Натаниэля, и что-то в его выражении лица меня напрягает. Он такой расслабленный, но в то же время не показывает ни единой эмоции, будто передо мной робот. На смену жалости пришло безразличие, которое пугает.

Но дальше парень меня поражает больше: он совсем слегка нахмуривает брови и поджимает губы в раздражении. Я успела изучить его поведение, и могу сказать, что Натаниэль недоволен.